Эрвин повернулся и указал ладонью на семью Эвен.
– Дамы и господа! Эль-Бади Эвен и его дочь, Азета Эвен, будущая императрица Анквальта.
Гости поклонились. На лице Азеты застыл презренный взгляд. В ее голове перемешивались мысли, но она стойко держала свой полу суровый вид, ещё более гордо задирая голову. Блораннцы подошли к семье Эгисхайм и поклонились, император стрельнул суровым взглядом на своего сына и тот быстро одумавшись, поцеловал руку Азеты.
– Меня зовут Фолен Эгисхайм, наследный принц Анквальта, – произнёс принц, замешкавшись, пытаясь скрыть свою неловкость.
Фолен был симпатичным парнем, чёрные с каштановым оттенком, короткие кудри, зеленые глаза. С первого взгляда трудно понять, что это сын императора, в семье Эгисхайм днем с огнем не сыщешь кудрявых представителей династии.
– Азета Эвен, принцесса Блоранны, – надменно ответила она, поклонившись в ответ.
Виенна загорелась, увидев Азету.
– Боже мой, какая красавица, – с восторгом произнесла она, обняв и чмокнув Азету в обе щеки, – Только посмотри какой ты стала, эти голубые глаза, как у отца.
Виенна, чёрные до бедра волосы и вечно довольный взгляд, скрывающий неуловимую жажду интриг. Императрица, так была похожа на Агату или Агата на императрицу, но главное то, не чем они были похожи, а то чем отличались, амбициями. Агата, выросшая настоящей блораннкой, мечтала о великом, о чем-то запоминающемся, желая оставить свое имя в истории.
Гости общались, пили и наслаждались своей прелестной, светской жизнью, не беспокоясь ни о чем. Азета наблюдала за многочисленными, но мало отличающимся друг друга обывателями, все они были в оранжевых, имперских тонах, пока ее взгляд не упал на ярко разодетого мужчину со светлыми, пшеничными волосами. Его наряд был броским и привлекательным, тёмно-красная шёлковая рубашка с обернутой через плечо шалью, широкие штаны с вышитыми цветами и невысокие сапоги. Загадочный гость смотрел на Азету, причём пристально, не отрывая взгляда, затем быстрым и уверенным шагом он подошёл к принцессе.
– Амацей Ури, ваше величество, – представился он, грациозно и низко поклонившись.
– Азета Эвен.
Амацей нежно поцеловал ее руку.
– О-о-о, я знаю кто вы, я посвятил вам несколько своих стихов, часто представляя, как же выглядит блораннский цветок и вот, наконец, мне повезло увидеть вас во всей красе.
Азета молчала, изучающе наблюдая.
– Да, Блоранна удивительный край, недавно вернулся из Клюкс Планы, города всеобщей свободы.
Амацей не был красавцем, однако, вызывал странный интерес, наверное, поэтому он пользовался таким спросом у девушек, к которым и направился, только услышав звук музыки.
Виолончели, скрипки, арфы играли спокойные и тихие мелодии, была и одинокая флейта, которую любила Азета. Флейта, являлась национальным музыкальным инструментом Блоранны, заигрывая среди пышущих жизнью цветов. Фолен подошёл к Азете и, протянув руку, пригласил на танец. Она согласилась, едва поспевая за Агатой, которая танцевала в обнимку с молодым, светловолосым офицером. Удивительное влечение к светлым парням у девчонки, для которой черный был цветом жизни, нежели просто стилем. Фолен робко обхватил Азету за талию правой рукой, шёлк был приятным на ощупь. Несмотря, на то, что принц старше Азеты на три года он был практически ее роста, либо принцесса росла не по годам, либо федланские тренировки оставляли свой след. Азета смотрела прямо Фолену в глаза, которые он все время пугливо отводил в сторону. Принцессе хватило всего мига, чтобы понять, что сын императора бесхребетная размазня. От этой мысли ей становилось легче, она чувствовала, что блораннскому орлу не страшны имперские львы. Они протанцевали до самой ночи, и не один из них ни промолвил и слова. Азета лишь прожигала принца глазами, теша тем самым своё тщеславие, а Фолен вынужденно терпел такой рок судьбы.
Азета скучала по дому, по Блоранне, желая вернуться, как можно скорее. Уехать от всех этих анквальтских знамен, золотистых доспех и беспросветного лицемерия, который витал в воздухе.
Агата залетела в покои Азеты, без приглашения, без спроса, без разрешения, она единственная кто так делала.