– И сколько нужно времени?
– Несколько лет.
Азета задумчиво смотрела вдаль, растворяясь в белом одеянии.
– Отдохни Федлан, ты проделал долгий путь, – улыбчиво посоветовала она.
***
Зимой 1122, Эль-Бади Эвен серьезно заболел. В своей постели его бросало то в жар, то в холод и он предчувствовал приближение скорой смерти. Азета была на удивление спокойна, наблюдая, как смерть нависает над её отцом. Она чётко знала, чего хочет и что делать. Ей предстояло стать королевой богатой и процветающей Блоранны. Блораннцы повсеместно считали смерть даром, нежели чем-то страшным и неизведанным. На севере Блоранны, в небольшом городе Конгсвингер, стояла знаменитая на весь восток скульптура «Дети Блоранны». Томная дама из черного мрамора протягивала белоснежную руку. На ее постаменте выгравирована надпись: «Lurm on Amser Rau, Lurm on Amser Hollnerra» - смерть вечный покой, смерть вечная свобода. Эта скульптура навеки стала демонстрацией того, как блораннцы относились к смерти, как таковой.
Азета вошла в спальню отца. Над ним нависал врач, что-то активно бормоча, Эль-Бади выглядел уставшим и подавленным, болезнь пожирала его изнутри. Лекарь, увидев Азету, двинулся к выходу, слегка покачал головой, то ли от безысходности, то ли намекая на безвыходное положение короля.
– Азета, – прохрипел мрачным тоном Эль-Бади, подзывая дочь дрожащей рукой, – подойди.
Азета невозмутимо подошла к постели отца, встала на колено и крепко сжала его руку.
– Слушай внимательно, после того как ты станешь королевой, проси главу стражи ключ, он выдаст тебе его. После этого… – гнусный кашель прервал короля, – ступай в подвал замка, помнишь, мы были там однажды? Найди там проход и воспользуйся ключом, там ты отыщешь наследия наших предков, они помогут тебе в твоём пути, – Эль-Бади нежно дотронулся до щеки Азеты, – и как только ты почувствуешь смерть за своей спиной, передай эти слова своему наследнику. Правь мудро, не совершай глупостей. Ступай.
Азета в последний раз посмотрела на своего отца и вышла, не проронил ни слова, она была готова. Эль-Бади подарил своей дочери многое, умение дипломатии и управления государством, а ораторское искусство было их семейным достоянием. Короля обнаружили мертвым на следующий день, он умер во сне. Император, получив вести о смерти своего друга, отправил Азете письмо с соболезнованием и пожелал мудрого правления, не забыв упомянуть и о свадьбе с Фоленом, которая ей предстояла. Азета ответила императору, что готова выйти за принца в следующем году, после того как разберётся со своим новым положением. Император противился такому раскладу, желая женить своего ранимого наследника, как можно быстрее, но все же согласился провести свадьбу через год, не теряя надежды, за это время заточить в сыне твердость духа. Эрвин приказал Августу Ротстерлинн проследить, чтобы на коронации Азеты присутствовали анквальтские солдаты и их знамёна, тем самым желая показать, что это его земля и возвращаться в Берген, в Вилфелонне его миссия окончена.
Тело Эль-Бади сожгли тем же вечером, на холме за Вилфелонном. Костер могли наблюдать все жители, которые изъявили желание проститься с блораннским королем или просто понаблюдать за очередным огненным вальсом, приветствующим смерть. В Блоранне все подобным образом прощались со своими родственниками, друзьями или просто соседями, смерть забирала душу, а огонь тело. Эль-Бади был накрыт блораннским флагом, и было видно лишь его застывшее лицо, окутанное пламенем. Азета наблюдала за каплями огня, падающими на зеленую траву, а в ее голубых глазах отражалась раскалено красная пелена, мысли не давали покоя, амбиции переполняли. Агата медленно подошла к Азете.
– Темнеет, – удивительно мягко, отметила она, взяв подругу за плечо, – пойдём, теперь у тебя много дел.
Азета обернулась, на ее лице играла улыбка.
– Ты права, как всегда.
***
Солнце светило ярко и высоко, у королевского замка собралась большая толпа, а вдоль дороги к нему стояла блораннская гвардия охраны, наравне с анквальтскими солдатами, через одного, как на шахматной доске. Флаги Анквальта шли за блораннским друг за другом, а блораннские стражники смотрели прямо перед собой, с нескрываемым презрением прожигая анквальтских солдат. Имперцам было неловко, они проживали в Блоранне уже довольно давно, но все равно получали лишь плевок в спину, вместо хотя бы зачаточного гостеприимства. Азета в длинном белом наряде, отдаленно напоминающем платье, ступила на брусчатку, проходя вдоль анквальтских солдат и блораннских стражников с копьями и держащими вниз мечами. Азета поднялась по гранитным лестницам, где на мраморном постаменте лежала корона, облицованная блораннскими орлами. Корона выглядела довольно скромно, не блистала, не переливалась красками, на ней не было бриллиантов и драгоценных камней. По обе стороны от короны стояли знаменосцы с блораннскими штандартами. Азета взяла корону и аккуратно надела себе на голову, повернувшись к Вилфелонну.