Но не успел Ив впиться зубами в шашлык, как к нему подскочил Митрич, протягивая новые сапоги:
— Хозяин, сам делал, старался, носи в радость!
Ив взял подарок и рассмотрел его. Сапоги были великолепны. Темного-коричневого цвета с медными чешуйками, отливающими металлическими сполохами. Мягкие и удобные. Система оповестила:
«Сапоги Вирма. Уникальные, масштабируемые. Потерять, продать невозможно. Не требуют ремонта. Увеличивают скорость передвижения на 16 %. Бег +7 (скорость 65 км/ч). Защита 342–412. Защита от магии + 122. Не боятся кислоты. Сапоги являются третьей частью комплекта «Сделано собственноручно», наряду с обновленной кольчугой и Литиусом. Полный сет пять предметов. Требуются: Наручи Витязя/Богатыря либо Звериные Наручи Волхва; Шелом Витязя/Богатыря либо Очелье Волхва. Сет дает прибавку к навыкам или умениям вариативно. Резист от физурона и урона от магии 17 %. Возможна трансформация комплекта».
Сообщение оказалось не персональным и доступным для всех. После чего дварф и Айка задумались, каждый о своем, но об одном и том же — подарить командиру недостающие элементы сета.
— Я сделаю тебе наручи, — уверенно заявил Нарви.
— Я сделаю тебе очелье, — вторила Айка.
— А я… Я сделаю тебе… Я такое тебе СДЕЛАЮ, что все мужики обзавидуются, — добавила Валька и заткнулась, чтобы не сказать лишнего вслух.
— Спасибо, друзья. И у меня для вас есть отдарок, — Ив достал бутыль с кровью Яротура и пояснил, что с его помощью можно сделать, вызвав тем самым одобряющие кивки каждого.
— Ив, а как ты Глаголящим стал, да такого красавца из горбатого сотворил? Расскажи, — вернула к себе внимание Валька.
— В общем, встретил я Бояна…, - на эту историю ушло полчаса, так как друзья часто перебивали, уточняя то одно, то другое.
— Так ты теперь мяукать умеешь, покеж как? — пристала Валька. — А еще ты обещал раскрыть нам смысл слова «Жопа». Теперь ведаешь, что сие за орган такой и почему так назван?
— Вот, чего бы умного спросила, — вмешался Митрич, — у тебя одна жопа на уме.
— Ну почему одна? Несколько. Своя беспокоит, чтобы не обвисла с годами. Ива волнует… жду, когда доберусь до нее. Айкина тревожит, так как краше моей. Нарви напрягает, так как из нее ноги короткие растут… Еще…
— Все Валька, хватит! Не останови тебя, ты сейчас все жопы перечислишь. Но рассказать расскажу, раз обещал. Тем более, история слова действительно интересная, а любопытство нужно поощрять. Оно глупым не бывает, я это понял недавно, — сначала урезонил, а затем ответил Ив.
По его рассказу стало ясным, что истинный смысл слова нужно искать в буковах, из которых оно состоит:
— Происхождение слова «ЖОПА» многие видят по-разному. Кто-то считает, что у него тюркские корни. Якобы оно пришло к нам во времена татаро-монгольского ига.
— Чего? Какого ига? — удивился Митрич, так как в его мире про татар и их нашествии даже не подозревали.
— Не важно сие. Не перебивай. Так вот, у татар есть слово «Жок», что переводится, как «Нет». При вопросительном произношении добавляется не знак, а частица «Па». «Жок-па». Типа: «Нет?» И вроде, как предки, соединив и изменив все под себя, получили слово «Жопа». Но это полный бред, который не выдерживает критики.
— Мудрено объясняешь, — перебил Нарви. — Но любопытно, продолжай.
— У поляков про запасной выход говорят «допа». Например, «Допа из хаты у поле». А так как «пшечники» произносят звук «д», как «dz», получается «Дзопа». Это ближе к истине, но телега вперед лошади запряжена. Слово такое есть, но не забывайте, что поляки — это западные славяне. Они просто взяли в обиход его из языка общих предков. А в исходнике нужно смотреть на букову «Ж». С нее начинается все, что издает звук: Жужелица, Жук. Жена и Женщина…
Тут не Один выдержал и хихикнул:
— Точно, подходит. Бывает женщины столько шума издают, словно жужелицы.
— Вот и я про это же, — поддержал смешок Ив, на что женская половина отряда надула губки. — Вот и наша филейная часть издает звуки, когда газы выходят. Согласен, не эстетично звучит, зато смысл точный. А то, что сейчас зовется «жопой», раньше называли «гузно». Вообще наши предки сраму не имели. Называли вещи своими именами. Не было никаких табу и в отношении лексики.
— В отношении чего? — снова не понял смысла Митрич.
— Говорили, как есть, так как слово передавало истинный смысл. Если совершать действия было естественно, то и говорить об этом было не зазорно.
— Давай Ив, просвещай, как там наши предки ругались? — подзадорила Валька.