Габи громко заплакала, бросилась мне в объятия. А я словно окаменела от услышанного. Увольнение отца это полбеды, можно пережить, но уничтожение картин, это варварство! Как у них рука поднялась на чужие старания? Люди часами, днями сидят над одной картиной, а они все уничтожили? Как будто комарика раздавили? Неужели все такие жестокие?
-У наставника сердце схватило, его в больницу забрали. А ученики кто смелый остался, а кто не выдержал сбежавших. Я предложила им, идти к тебе, пожаловаться на этих варваров! Все как один отказались, сказали, что проблем не хотят иметь. А я не боюсь! Они уничтожили самое ценное, я готова до конца уходить. Я хочу, чтобы ты их осудила за преступление!
Отправив Габи домой, я прямой наводкой пошла в кабинет Кашила. Не обратила внимание на то, что у него было совещание. Попросила, нет, нуждалась в том, чтобы оставили нас
-Азмара, что случилось? На тебе лица нет. Ты вся горишь из гнева, что в этот раз?
-Что случилось? Моего отца уволили с работу, только потому, что его дочь Барон! А к господину Художнику ворвались недовольные мужчины и родители учениц. Все уничтожили!
Муж от услышанного встал с кресла – это серьезно. Садись, рассказывай все по порядку
Я села, но посидеть не смогла. Обо всем рассказала, даже о приходе тех мужчин, беспрестанно ходила кругами. Заламывала руки, размахивала ими в воздухе
-Все? -спросил меня, как только я замолчала и перестала крутиться туда-сюда -Сядь. Сядь, говорю! -заставила себя сесть -Отца твоего жалко, не заслужил. Знаю как тяжело он работу нашел. И Габи тоже жалко. Что за люди ушли? На болезненные места начали давить. При Янке такого не было. Только он тебе покосился, а теперь другие взялись. Мало тебе Силио
-Мне кажется что Силио притих. По крайней мере, шпионы ничего странного не помешают
-Тебе не о Силио сейчас нужно думать. А о своей семье! Не шутки, Азмара!
-Да понимаю я! Что я сделаю, не буду же воевать со всеми? Что мне публично запретить задевать моих родных? Скажут что я вообще сошла с ума. Мои родные такие же жители как и все
-Я не знаю чем тебе помочь. Я бы рад тебе помочь. Поговори с людьми
-Поговорить, как тогда? Бежать от дождя с помидорами и камнями. Хорошо, что семья спасла, а если бы их не было? Пришлось бы вам нового Барона искать. Я не хочу рисковать жизнью!
-Править без риска невозможно. Думаешь одна ты страдала от подобного дождя? К тебе Бароны тоже не раз находились на грани смерти, даже Янко. Даже Мацко в начале своего правления – это меня изумило. – А ты что думала, что его с первого дня уважать начали? Нет, хотя он был не слишком молод, когда взял на себя обязанности заботиться о Станке, но не все приняли его как Барона. Долгое время требовали от него отречения. А он выдержал все! Вспомни, сколько он правил, до последнего вздоха. Люди потом молились о нем и о нем. Тебе решать, что делать. Хочешь отказаться, ищи наследника, только не Силио, его никто не примет. Хочешь править дальше, тогда молчи, не жалуйся, что тебе плохо. Хочешь сдержать слово, тогда крепко сжми зубы и терпи все их приступы, издевательства. Я не предлагаю все терпеть, но то, что можно терпеть. Я чем смогу, тем помогу. Поддержу, гнев людей, я попробую усмирить, ты тоже не сиди сложа руки. Борись за свою власть, будь сильна!
Кашилл как всегда умело вправил мои мозги. В кабинет я вернулась совсем другой
АЛЕК: После Азмары я пошел к Армаю. Если дочь меня не слушается, то, возможно, зять хотя бы выслушает меня без нервов и криков. Человек спокойно, молча меня выслушал
-Мне очень жаль что с вами так поступили. Я могу помочь вам с работой, дружу со многими директорами, фермерами, куда хотите устроиться, я закажу за вас слово
-Я не для этого к вам пришел господин Армаю. Работу сам найду, не маленький. Я хотел, чтобы вы поговорили с вашей женой. Своего отца она уже не слушает, рычит на меня. А вас она уважает, боится, возможно, вам удастся ее уговорить. Пусть отречется
Армай какую-то минуту молчал, обдумывал – Я хоть и муж, но Азмара всегда была самостоятельной. Она всегда делала то, что считала нужным. Я поговорю с ней, не обещаю, что смогу ее уговорить. Что-то мне подсказывает, что она и мне откажет, как и вам. Она же слово дала, покойному Янко. А вы не меньше меня знаете, как она старается выполнить свои обещания. Не мне указывать ей что делать, не потому, что она Баронесса, а потому что я уважаю ее. Она смелая, боевая, настоящая женщина, такой какой должна быть женщина