-Ну что сосед? -поймал меня на полпути к моему дому, он был не один, у него стояло четверо сильных мужчин, я понял что живым домой могу не дойти
-Сколько раз тебе повторять? Не я пожаловался на тебя. Мне вообще было плевать на это. Это твоя дочь побежала жаловаться Азмаре. Ты все слышал на Суде. Это все!
-С дочкой я сам разберусь. А ты должен ответить за все проблемы, которые устроила мне твоя драгоценная дочь. Говорили тебе приструни свою девку, ты нас не услышал!
-Азмара взрослая женщина, она давно никого не слушается, ни родителей, ни мужчины
-Что это за дочь у тебя такая? Которая никого не слушается. Плохо ее воспитывал значит
-Как получилось! Она с подросткового возраста такова. Характер и самостоятельность всегда показывала
-Не стоит дочери проявлять самостоятельность. Детям дай волю, так они таких ошибок наделают, потом хоть вешайся из стыда! Вот почему нельзя разрешать детям жить самостоятельной жизнью, они не умеют думать своим разумом. У них кровь бурлит!
-Я не считаю Азмару испорченной. Я ею горжусь. Она такая, какой должна быть любая женщина. Ничего не бояться и смело смотреть в глаза своих врагов, своих проблем
Сосед покачал головой – Теперь видно у кого пошла такая девка. Ты дал слишком много воли своей дочери, вот теперь из-за этого есть проблемы. Вместо того, чтобы детей рожать, твоя дочь мужчин ни за что судит! Подумаешь, избил ли муж свою жену и что? Как будто ты свою жену никогда не бил! Знаешь такую приговорку "б*е значит любит!"
-Я никогда, ни разу не поднял руку ни на жену, ни на дочь. Возможно легкая оплеуха не считается избиением, но бить жену или дочь к синякам, это уж слишком!
Дальше все произошло без слов. Похоже соседу надоело слушать меня, так что он дал приказ "проучить" меня. Яя как мог отбивался, только тяжело отражаться, когда на тебя набросились сразу четыре человека, сосед решил за всем наблюдать со стороны. Хорошо хоть не забили до смерти. Пнули ногами несколько раз в живот, когда я лежал на земле и удалились. На прощание сосед сказал "Хорошо поговори со своей дочерью, а то беда будет". Домой я с горем пополам пришел. Хорошо, что Шандор со двора увидел меня, и подбежал помогать дойти до дома. В доме все женщины бросились меня спасать, кто вытирал с моего лица кровь, кто принес чистую одежду, а кто требовал вызвать врача, и обо всем рассказать Азмаре. Врача вызвать я согласился, а рассказывать Азмару запретил
-Но почему господин? -не понимала Данута -Вас чуть не убили! Почему не рассказывать?
-Чтобы она потом мстила за меня? Нет, не хочу, чтобы у нее были проблемы. Слышали меня!?
Все пообещали ничего не рассказывать Азмару. А я впервые в жизни пожалел о том, что Азмара родилась девочкой, а не парнем. Будучи парнем, у нее могло и не быть всех этих проблем. Только теперь понял, насколько тяжело выживать всех женщинам в Станце.
АЗМАРА: Не прошло и месяца после Суда, как моего отца избили. Кто? Его Сосед! Как я это узнала? Шандор пришел к нам в дом, в дом Армая и обо всем рассказал, только просил не говорить об этом отцу, мол "твой отец взял из нас слово, а ты знаешь, что я привык придерживаться слова". После разговора с Шандором, у меня был разговор с мужем
-Чем больше правишь, тем сильнее проблемы у тебя возникают. Как будешь бороться?
-Не знаю. Бросить бы все! Может действительно бросить все и как положено нормальной женщине?
-А как же твое слово, обещания, твои цели? Ты готова пожертвовать ими? Забыть о них?
-Все сложнее, чем я могла себе представлять. Я знала, догадывалась что править будет не легко, но не думала что люди начнут трогать мою семью, наших детей, всех нас!
-Люди боятся. Они не могут понять, как тебе удается сидеть в кресле. Твоих предшественниц сбрасывали в считанные дни, месяцы. А ты уже больше года правишь, держишься
-Потому что я упряма! Потому что за мной стоит Станка, не вся небольшая ее часть, а за ними никто не стоял, никто не защищал, никто не верил в них, а мне верят, верят люди!
-Доверие можно легко потерять, тебе это известно. Сколько раз люди обвиняли тебя? Сколько раз требовали нового Барона? А ты до сих пор идешь вперед. Азмар, тебе решать как жить. Я не имею права тебе указывать, хотя называюсь твоим мужем. Я хочу, чтобы ты была жива-здорова, чтобы ты не чувствовала себя виноватой всех этих проблем. Это им должно быть стыдно, за их поведение, за их отношение к тебе. А ты ни в чем не виновата!
-Я знаю – тяжело вздохнула – да все равно, виноватой себя чувствую. Из-за меня пострадали близнецы и девушки, из-за меня отца чуть не убили, из-за меня страдает Габриэла!
Через пару дней после избиения отца, Чуйвек и Габриэла сообщили нам, свою семью, о своем намерении уехать из Станки. Наставник, художник умер от остановки сердца, сильно переволновался за разбой в его мастерской, вдобавок все ученицы отказались у него учиться, не по своей воле, их заставили мужчины, родители, мол "не следует рисковать своим здоровьем из-за каких-то картин". Да и Чуйвеку не везет. Он потерял работу, его выгнали из школы, где он успел обосноваться учителем Истории. Он отказался писать жалобу на меня вместе с другими учителями. Не только он остался без работы, вместе с ним еще три учителя отказались писать жалобу. Один из них согласился выехать из Станки вместе с Чуйвеком и со своей семьей, мол "здесь нам спокойно жить никто не даст, пока на троне сидит Азмара". Кашилл не хотел отпускать своего пасынка, просил остаться, да и Шандор с Оливерой не хотели отпускать свою дочь. К сожалению, молодежи уже приняли решение. Свой дом, Чуйвек оставляет на Юрке. Как бы мы ни уговаривали, Чуйвек и Габи все же выехали вместе с уволенным учителем и еще с одной семьей. Надеюсь там, на чужбине их не будут ждать большие препятствия, проблемы. Чуйвек и Габи пообещали приехать, навестить нас, не сказали когда точно, они не до конца уверены, что им удашся начать новую жизнь на новом месте, но все же они стараются не терять надежду. Прошел год, этот год был тяжелее предыдущего. Еще несколько раз на моего отца нападали. Я защищала свою семью как могла, даже скандалила с жителями, но покидать свое место не собиралась. Решила до конца сражаться. Не ради данного слова Янке, да и через него тоже, а ради себя, ради женщин, ради новой жизни в Станце. Я хотела научить всех цыган жить по новому, по новым правилам, законам, традициям. Нельзя быть таким законсервированным, нужно узнавать что-то новое, по новому на жизнь смотреть. Иногда очень трудно заставить людей перестать бояться чего-нибудь нового. Иногда хочется на все плюнуть, бросить и убежать. За этими проблемами я совсем забыла о Рамире, вдобавок шпионы просили меня не ходить по тем обходным тропам, потому что на них несколько раз грабили людей. К счастью, никого не убили. По словам шпионов, Рамир поживает хорошо. Наверное, ему грустно без меня, как мне без него. Иногда хочется прийти к нему и выплакаться. Пожаловаться на все, выговориться. С Армаем я тоже разговариваю, он меня поддерживает. Но когда меня сильно прижмет, сильно заболит душа, меня тянет к Рамиру, хочу прижать его, почувствовать его ласку, его поддержку, впиться в его губы, почувствовать его в себе. Давно у меня не было мужчины. С этими нападениями, с этими обвинениями, я забыла, когда последний раз отдавалась своему мужу, не то что своему Любовнику. Но мне сейчас не до мужских прикосновений. Мне о сохранении своего статуса нужно думать. Удивительно за этими проблемами я совсем забыла о Силио, да и он как-то притих. От шпионов я узнала, что Никоя все же потеряла своего ребенка на четвертом месяце, это был сильный удар как для Силио так и для Никои. Был момент, когда парень сильно запил, не знаю какими силами Никои удалось вытащить его из этого омута. Возможно, из-за своей трагедии Силио забыл о мести мне или, возможно, просто ждет когда меня уничтожат другие. А мне самой следует подумать о своем наследнике, на всякий случай. Вдруг меня зарежут где-нибудь в углу, а наследника нет. Кашилл долго отказывал меня от поисков наследника, а впоследствии согласился помочь мне всему вопросу