А вот потом, под моим напором все же ответила на мой поцелуй, я воспользовался моментом, и моя рука оказалась между ее ногами. Какое это чувство? Не привычное, странное, это придает нам еще большее удовольствие. Не знаю сколько это продолжалось, но вдруг Азмара толкает меня назад, я не успеваю прийти в себя, как вижу отца в дверях. Оба замираем с опущенной головой. Что я в этот момент чувствую, стыд, готов был провалиться сквозь землю, деревянный пол. Отец приказывает мне идти в свою комнату, я понимаю спорить с ним и доказывать что-либо не стоит. Поэтому я молча иду в свою комнату, зайдя в нее, я сажусь на кровать. Мое сердце болит Азмару, что ее там ожидает? Может ворваться в спальню отца и все ему объяснить? Нет, тогда он подумает что-нибудь не то. Через некоторое время Азмара заходит в мою комнату, я подпрыгиваю к ней, пытаюсь усадить, но она противится, я не понимаю почему? Она говорит, что меня ждет отец, а еще больше меня удивляет, когда она говорит о ремень. Что? Отец избил ее? Да я ему сейчас покажу! Пулею вылетаю из своей комнаты, и через мгновение стою в его спальне. Он стоит спиной ко мне, в руках задней спины держит ремень, увидев ремень я чуть сдерживаюсь. Молчу, пусть сам начинает говорить, ждать долго мне не пришлось. Тяжело вздохнув – то что я видел там. Как назовешь? Я думал что то что мне доложил мой дядя Гунар это фантазия больного Янко. Но то, что я увидел. А знаешь, я давно начал помешать, что с вами что-то не то. Внезапное желание увидеться с родителями, в день, когда твою маму забрали в больницу. Потом ты начал просить оставить тебя дома, я подозревал что-то не то. Но не мог понять, что именно. А ты вот почему оставался дома, из-за Азмары? Скажи ты с ней давно? Давно это у вас? -я слышу по голосу что отцу тяжело произносить это, его голос звучит, хоть он пытается говорить спокойно
-Нет, отец! Между нами нет ничего, мы просто несколько раз целовались! Она верна вам, это я подлец, а она молодец. Сколько раз я пытался с ней переспать, а она не давалась. И правильно поступила. Мы вас не опозорили! -хотел подойти к отцу, но он резко повернулся лицом ко мне, поэтому у меня по коже муравья
-Ты сам тогда от нее отказался, неужели сейчас что-то изменилось? Знаешь, я был бы рад если бы между вами что-то было, но тогда! Тогда когда она была свободной, а не сейчас, когда она перед всеми известна как моя закона третья женщина!
Я опускаю голову -Тогда я ничего к ней не чувствовал, это сейчас она пришлась мне по душе. Отец, наказывайте меня, не трогайте ее, она и так наказана тем, что вынуждена быть вашей женщиной! -на этом я закрываю рот руками
Отец глубоко вдохнул от моих слов - Я все понимаю Марек, но ты не забывай, у нас такие правила, и мы должны жить по ним. У тебя была возможность взять ее в жены, ты не захотел! Теперь забудь об этом! Мне придется тебя наказать, никогда я этого не делал, но сейчас это необходимо, рады твоему благу! Можешь ненавидеть меня сколько хочешь, потом благодарить будешь за это – он обходит меня, я морально готов – Опустись на колени, я не буду бить как Азмара, по спине дам. Это будет больно, терпи-я опускаюсь на колени. Почувствовал на спине первые ушибы, больно. Я молча терплю. Ровно десять, ровно десять ударов на моей спине, после этого отец подходит к столу – Встань, идти к себе. Надеюсь, этот урок ты запомнишь на долго, и не обижайся на меня!
Я молча кланяюсь, иду в свою комнату, Азмары нет, похоже она ушла в свою комнату, я стараюсь лечь, но вдруг боль пронзает мое тело и я как ошпаренный сорвался с постели. Как теперь мне спать? Похоже, что на животе
POV ГУНАРИ: Меня обрадовалась новость о том, что Азмара до сих пор целомудренна, что ж, Янко снова не смог оговорить семью Армая. но странное поведение Марека и Азмары, они оба боялись врача, будто между ними действительно что-то было. Возможно, они влюблены в друг друга, но без прямых доказательств никто не докажет о том, что они любовники. Если честно мне все равно на это, пусть буду любовниками, лишь бы не опозорили никого. Я возвращаюсь в свой дом. Радостный, задумчивый, все же мое предчувствие говорит, что между молодить таки что-то есть, может они не совсем любовники