- Сократили, - его глаза высказали большое облегчение, что вышло именно так.
- А-а, ну тогда, конечно, ясно. Из какого ты места?
- Это сложно, как и у половины советских. Родился под Хабаровском, рос подо Львовом, а жил в Полтаве. А сам-то ты что делал? - без перехода он врезал мне в лоб.
- А ничего, - лучше всего неопределенно отмахнуться. - Учился в медицинском, а потом устал и бросил. Сюда приехал.
- Хреново жилось, - то ли спросил, то ли пояснил Юра - друг дней моих беспечных, не могущий минуты потерпеть без комментария. - Денег не было.
- Да, - охотно согласился я. - Денег не было.
- А у меня в Риге все круто было, - Юра медленно покачал головой и начал с видом опытного повествовать свою быль, которая, судя по выражению его лица была скорее небылицей. - Я, как с армии вернулся, так пошел с братом машины чинить. Последний раз в ресторан ходил, так тысячу бэков высадил, - "крутой" гордо вскинул голову. Делая свои сообщения, призванные ошеломить публику на месте, он слегка хватал ртом воздух. По гипотезе Бори, это означало у него высшую степень полета игривой фантазии. Он продолжил. - Круто было! Я сижу, рядом столик, и там две жабы. Я официанта зову и ему говорю, чтоб им на стол "Наполеон" дали. Жабы охренели от счастья.
Не поняв в первую секунду жаргона, я ошарашенно представил себе белую скатерть с сидящими на ней двумя лягушками. И им, вдруг, подносят "Наполеон". На хрен им? Юра продолжал:
- Ну они туда-сюда, а я им: "Чего там, мол, языком трепать? Пошли!"
- И пошли? - Леня ухмыльнулся.
- И пошли! - Юра вспетушился. - А что там? Да я вообще в Риге только свистну, и они слетаются.
- Ну ты, видать, - специалист, - улыбаясь внутри, но сохраняя снаружи вполне серьезное лицо, отреагировал я.
- Да, я - специалист, а не идиот!
- А-а! Вот теперь-то я понял! - Боря радостно просиял, будто до него и вправду только дошло. - Ты, значит - специалист, а мы все - идиоты!
- Да! - упорно вылез "генерал". - Идиоты!
Мы дружно загоготали, Юра "полез в трубу".
- А в этом что-то есть! - неожиданная мысль влетела в мою пьяную голову. - Почему бы и нет? Конечно мы - типичные идиоты! Ну подумайте сами! Всякий нормальный советский человек сидит себе сейчас в своей хрущевско-комунальной квартире, отдыхая вечером трудного рабоче-постсоциалистического дня. В голове - проблемы, в кармане - фиг, на столе - селедка. Сидит он и готовится к завтрашней борьбе за строящийся капитализм. Кто кооперативы создает, кто рэкетирует, у кого еще более крутые замыслы. Ну а что мы? Не боремся, не создаем... Сидим, вот, коньяк жрем и немецкой жрачкой закусываем, что нам немецкий дядя дарит. У людей там - стремления, надежды! А у нас? Только идиот мог согласится на этот азюль сдаться и отказаться от честной и повседневной прекрасной советской жизни!
- Точно! - поддержал меня Боря. - Только идиот. У нас тут просто целый клуб идиотов собрался.
- Клуб, - Филипп покачал головой, - а это дело! Мы с вами, ребятки, может и вправду клуб, отчего и нет! Красиво звучит.
- Значит решено! - я торжественно поднялся. - Сегодняшний день войдет в мировую историю, как великая дата создания первого азюлянтского "Клуба идиотов". А его бессменным председателем, единогласно мы изберем Нашего уважаемого коллегу Юру! Как самого большого идиота!
Народ дружно захлопал, а Юра надулся, как индюк.
- Я бы еще виски выпил, - Леня сделал свою обычную загадочную физиономию невинного дебила.
- Ну, давайте, ребятки, я еще поставлю, но потом с получки раскинем, а то сами понимаете: мы - не богачи. - Филипп прав: здесь - не Россия и денег ни у кого нет, да и я тоже все выставлять не хотел.
Борис сказал, что больше не хочет и быстро ушел. Мы, не имевшие такого стойкого характера, быстро согласились. Юра совершил пробежку к югам за очередной бутылкой.
Ого! Новое зелье оказалось на три, а то и на четыре порядка лучше старого. Молодец, сам того не зная, выбрал достаточно хорошую вешь, "Teachers" - одно из лучших виски в мире, как минимум, по-моему. В очередной раз мы продолжили. Из Юриного рога, а точнее рта изобилия лилось вперемешку дрянь словесная и отрыгивание принятой пищи, усиливающиеся по мере продолжения нашей культурной программы. На очереди оказался анекдот единствен ное, что не утомляло.
- Стоит очередь за мясом, долго стоит, мороз, холод, противно. Вдруг появляется продавец и сообщает, что сегодня мяса привезли мало и потому евреям давать не будут. Что тут делать? Евреи повозмущались и ушли. Проходит еще часа два, опять появляется продавец и сообщает, что мяса будет совсем мало и дадут только партийным. В очереди возмущение, но большая часть повернулась и ушла. Наконец, еще через три часа продавец сообщает, что мяса не будет вообще. Все шумят от злобы, а один мужик говорит: "Вот черт! Жидам опять повезло!"
Посмеялись над анекдотом, который был свежим при отцах коммунизма.
- Ну у нас один еврей маляром работал, - заметил Филипп, - так он тоже человек...
- Ненавижу евреев, - Юра продолжил список ненавидимых им народов.
Вот чертеня! Виски стукнуло мне в бошку...
Моя Катя, хоть и еврейка, но ей в равной степени наплевать на евреев, русских и их взаимную любовь или неприязнь. Я имею достатачно причин не любить и тех и тех, что и делаю попеременно. Но кого я не люблю совершенно определенно, так это трепачей, а сейчас как раз один из них трепал невдалеке и меня достал.
- Юра, - виски ударило мне по мозгам окончательно, черт бы их, и мозги и виски драл. Я стал на минуту жидо-масоном. - Туда-сюда твоих близких родственников! Негров ты не любишь - черт с тобой! Латышей ненавидишь, по мне можешь их вместе с собой забрать туда далеко. Так ты еще и евреев не любишь! Ты такой маленький, а в тебе столько говна! Ты себя любишь?! Или русских ты любишь?!
- Русские - это хорошие, а остальные - дерьмо.
- Мысль не оригинальная. Но, если ты - эталон русских, то как на тебя посмотришь, так скорее евреев или негров полюбишь.
- Евреи - мелочные и жадные, а русские... ну, это просто русские!
- Знаешь, что я тебе скажу? Беда в том, что эти твои русские вместе с этими твоими евреями, прекрасными, предают и продают своих собратьев очень профессионально вне зависимости от национальностей. Эти твои русские вместе с евреями, собравшись, и посадили меня в это говно, в котором я и сижу сейчас с тобой и радости никакой не испытываю от этого. Не бывает дерьмовой нации, бывают люди дерьмо. Что правда, так в некоторых нациях этого дерьма побольше, в некоторых поменьше. Одни нации такими родились, других такими сделали. Но это их проблемы. Ты еще сопливый и жизни не видел. Если ты в каждом только его нацию видеть будешь, то далеко не убежишь. Конечно, - я неопределенно махнул рукой, - ты прав: русские есть русские... Твоя беда, что дурной ты. Не научишся к другим терпимо относиться, так и тебе хреново будет. Ты забыл, что и у себя в Латвии и здесь, в Германии ты оказался человеком даже не второго, а пятого сорта, а впрочем даже и не человеком, ты - просто азюлянт, дорогой мой, и любой негр с немецким паспортом - тебе начальник.