В этом Скрудж прав. Атлантам действительно плевать на всех, кроме самих себя, а месть за гибель собрата возведена в ранг национальной идеи. Откуда я это знаю? Да сам как-то раз попал в тело Атланта, пришлось мимикрировать под местных. Повезло ещё, что на миссию в иной мир меня так и не успели отправить, стиратели заявились раньше, и пришлось спешно покидать Атлантиду. Но философией доминирования Атлантов над всеми другими расами я наелся по самое горло, до сих пор тошнит. Единственное, что сдерживает их экспансию, — крайне низкая рождаемость и длительный период взросления, который занимает порядка тысячи земных лет.
— Прежде чем ответить на ваш вопрос, мистер Скрудж, — выдержав паузу, чтобы обдумать слова старичка, начал говорить я. Скрудж говорит правду, и, прежде чем принять окончательное решение, мне надо прояснить непонятные для себя моменты, — я хочу получить правдивый ответ на свой. Кто вы, мистер Скрудж?
— Я ждал этого вопроса, — поморщился коллекционер. — Что вам известно о бастардах, Ваше Величество? — с ехидной улыбочкой спросил Скрудж.
— Это дети аристократов, рождённые от внебрачной связи, — пожав плечами, ответил я.
— В целом, верно, но с одной оговоркой. Бастардами, как правило, считают детей от титулованного мужчины и женщины из числа простолюдинок. В российской империи существует процедура признания бастарда, что автоматически возводит того в ранг низшего дворянина. Если проводить аналогию с Европой, то такой бастард становится шевалье — безземельным аристократом, без права наследования титула. Ну и право использовать родовую фамилию признанный бастард имеет, в отличие от непризнанного.
— Я так понимаю, вам не повезло с отцом, мистер Скрудж, — хмыкнул я.
— Верно, — совершенно серьёзно ответил старичок. — Константин Белов был весьма любвеобильным человеком, Ваше Величество, — вернул мне ухмылку Скрудж, а потом начал деактивировать артефакты, мешающие мне просканировать его кровь. Мне хватило всего пары минут, чтобы удостовериться в правдивости слов Скруджа. В нём действительно есть кровь Беловых. — Мать рассказала мне об отце на смертном одре, и я никогда не носил фамилию Белов, — продолжил свой рассказ коллекционер. — Но эта информация коренным образом изменила мою судьбу. Кровь помнит всё. Я унаследовал от отца магический дар и избрал путь авантюриста, ну или рейдера, как эту профессию стали называть намного позже. Я долго изучал всю доступную информацию о Беловых, но никогда не выходил на контакт. А потом судьба забросила меня в Монголию. Вместе с крупным отрядом мы захотели исследовать аномальную зону. Из того похода вернулся только я. Кровь Беловых помогла мне проникнуть в некую гробницу и обнаружить в ней — вот ведь иронично — тело отца. Ну и его коллекцию артефактов, естественно. Думаю, дальше продолжать не имеет смысла. Я сколотил неплохое состояние на продаже артефактов. Так родился образ коллекционера и знатока редкостей дядюшки Скруджа. Ну что, Ваше Величество, примете под своё крыло расхитителя гробницы родоначальника клана Беловых? — с вызовом посмотрел на меня старичок.
— Приму, — спокойно ответил я, и глаза Скруджа невольно расширились от удивления.
Я давно понял, что собрать столь редкие предметы, что я увидел в коллекции Скруджа, мог исключительно коллега-баг. Найти такие предметы в порталах попросту невозможно. В системных мирах — да, в осколках данжей, коими, по сути, и являются порталы, — нет. Мне доподлинно известно, что Кэлин Дракулов, ставший впоследствии Константином Беловым, был багом. Логично предположить, что за время жизни на Земле он собрал множество полезных предметов, которые запечатал в гробнице вместе со своим телом. Так что обнаружение его захоронки было всего лишь вопросом времени. Своим появлением, Скрудж нарушил защиту гробницы и стиратели поняли, что их господина там нет, а со временем вышли на Беловых.
— Вы должны понимать, мистер Скрудж, что присяга монарху Белоземья — это не пустой звук. Как раньше уже не будет. От своих подданных я требую многое, но и взамен даю не меньше. Вы принесёте мне клятву на крови, при нарушении которой вас ждёт смерть.