– Ну все, не знайте лиха, – крикнули они вслед, пока бегуны набирали скорость.
– Ну и подумаешь, – сказал Локи Хрому, – наверняка, из параллельной реальности.
– Нет, Хром, – она со мной была.
– Так ты же говорил, что успела она уйти с кластера до перезагрузки. А соседних перезагрузок не бывает быстрых. Точно копия. Решила тоже посетить зону, но в другом мире.
– Но она же узнала меня!
– Общалась с твоей копией. – предположил Локи.
– Нет, она сказала что до Мэда не добежала. Может, все-таки вместе с кластером перенеслась?
– Ты же ее не видел?
– Нет, я думал, она за границы до перезагрузки выбежала.
– Ох, Хром, я уверен, это не она.
– А я чувствую, что та самая. Давай выкупим.
– Как?
– Ну скажи, что они наши жены.
– А у тебя серьезно с этой девушкой было?
– Да, серьезно. – ответил Хром.
Что-то в сердце у Локи ёкнуло.
– Семён, ну-ка останови их, – попросил друга Хром.
И лис помчался за повозкой. Вскоре он вернулся, а за ним гнались бегуны.
– Локи, вы что творите? – изъявил неудовольствие Тарпан.
– Извини, брат, телефона не было, попросить тебя вернуться. А у нас чудной повозки нет.
– Так что вам?
– Продай нам ваших телок. Это наши жены.
– Как же так? – усмехнулся Тарпан. Вас три, а женщин четыре.
– А это Семёнова.
– Кто такой Семён?
– Да вот, – показал на Лиса.
Тарпан расхохотался.
– А с каких пор лисы людей в жены берут? – задыхался от смеха он.
– Так Семён не всегда лисом был. Скушал жемчужинку, не повезло.
– Кваз? – посерьезнел Тарпан. – Лок, да ну.
– Истинная правда. Вон и товарищи подтвердят.
– Дед и Хром дружно закивали.
– Эко тебя, Семён, приложило, – сочувственно посмотрел на Лиса Тарпан.
Лис тоже кивнул мордой.
– Ладно, мужики, чувства чувствами, а финансы счет любят. Нам больших трудов было набрать этих бабенок… Подожди, а может, заливаете. В разных кластерах собрали, не могут быть они вашими женам.
– Ну так и мы не из одного мира.
– Ладно. Врете или нет, по восемь горошин за каждую.
Локи засомневался. Уж больно дорогую цену заломил Тарпан.
– Давай же, – шепнул ему Хром.
– Ладно, – отсчитал Локи по восемь горошин за каждую.
И те уехали.
– Занятный транспорт, – сказал Хром.
– Сдается мне, еще одного врага нажили мы, – задумался Локи. – Недовольный Тарпан был.
– А чего согласился? – удивился Хром.
– Нас больше. – пояснил Локи.
– Да ну, – сказал Дед, – я не думаю, что мы ему сильно на ногу наступили.
– А я чую, все-таки аукнется. – Сказал Локи.
– Поняла, Машка, ты теперь моя жена, – приобнял Хром Эфемеру.
– Куда деваться, Витя. – ответила та.
– Маш, ты это, забудь. Меня здесь зовут Хром, и никак иначе.
– А почему меня Машей зовешь?
– Женщинам можно. Как сами себя назовете. Хоть Марией Антуанеттой.
– А зови меня Эфемерой. – ответила она.
– А я вот эту возьму, – сказал Дед.
– Как?! – Девушка возмутилась. – Меня, такую молодую да красивую, и старый дедок?
– На то, что дедок, ты не больно-то смотри, – вступился Локи за товарища. – Молодеет не по дням, а по часам. И у девок, таких, как ты, спросом не хилым пользуется.
– Уж лучше я в бордель пойду, – ответила девушка.
– Иди, – усмехнулся Локи. – Вот там-то он тебя и достанет, уж гарантированно. Он больше там время проводит, чем в своей хате.
Рыжая толстушка зарделась, а Дед сказал: ты зря на меня так не смотришь. Я конь удалой, а старый конь борозды не испортит.
– А я вот, не хочу в бордель, – ответила сексапильная блондинка, «жена Локи». – А может, не надо меня в бордель? Может, я тебе лучше так отработаю? – спросила она «мужа».
– Интересный ход мыслей, – ответил Локи. – Думаю, договоримся. Отработаешь.
Четвертая девушка, миниатюрная брюнетка, как-то сникла. Поняла, что пары ей не досталось.
– Это как же так, – говорит, – неужели и правда мне теперь замуж за лиса?
– Ну да, – с серьезным тоном отвечал Хром. – Теперь вы с ним полноправные муж и жена. Он за тебя по честному, как настоящий мужик, отвалил восемь горошин.
Товарищи одобрительно закивали.
– Как же так, – девушка почти разрыдалась, – я теперь и трахаться с ним должна?
– Трахаться – это вы с ним как договоритесь, – успокоил ее Хром, – но вот готовить ему, кормить, обстирывать – твой священный долг.
– Уж постараюсь, голодным не будет! – ухватилась за последнюю соломинку бедняжка.
Дорога тянулась и тянулась. Все-таки пешком, это не на грузовике, и даже не на велике.