Всю ночь топали.
– Ну что, Сталкер, когда фон начнется повышаться? – то и дело спрашивали Хрома.
И если сначала различия по сравнению с привычным фоновым казались незначительными, постепенно уровень стал расти. Тридцать микрорентген в час. Пятьдесят. Восемьдесят.
– Западный след, – пояснил Хром.
Брели долго. Шли по просеке ЛЭП через лес. Дорогу преградило болото. Попытка обойти успехом не увенчалась. Из опавших веток настелили гать, перешли, затем еще. Так по самопальной тропинке и перебрались, благо тонуть, как в прошлый раз, не пришлось. К утру показалась еще одна колючая проволока.
– Нам туда? – спросил Грог.
– Нет, – ответил Хром. – Это кладбище техники.
Автомобили, пожарные машины, мотоциклы, ИМРы, БТРы, вертолеты стояли здесь. Вроде бы где-то среди них затесался роботизированный комплекс КЛИН-1.
– Все свежее! – с удивлением выдохнул Хром. – Или правда петля времени, как в «Пикнике», или здесь авария случилась гораздо позже.
– И что с того? – спросил Локи.
– Риск переоблучиться у нас возрастает, вот что. – ответил Хром.
Но делать нечего, пошли дальше.
Подобрались к Припяти.
– Не узнаю я город. – сказал Хром.
Стекла в домах целые, улицы еще не заполнились порослью кустарника и деревьев. Колеса с желтыми кабинками, – как не было. Город, словно свеженький, только отсутствие освещения выдавало, что уже не жилой.
Добрались до затона. Точнее того, что раньше было затоном. Теперь там несла свои темные воды река, а на том берегу дымили градирни и возвышались купола, как на недостроенной станции, мимо которой прошли накануне, только ни малейшего вкрапления ржавчины!
– Купола-купола. Только крестов не хватает. Не было их здесь, – Хром, казалось занервничал. – Эх, не зря же Эфемера предупреждала.
– Вот тебе и балала-купола, – сказал Дед.
– Ладно. Брюханов собирался строить реакторы и на том берегу. В народе поговаривали, что до двенадцати блоков должны были соорудить. А на Курской, когда я сюда попал, уже строили.
Пошли к станции.
– Эх, а хороший город, – сказал Грог, и добавил, – был.
– Что, ностальгия? – понимающе спросил Дед.
– Да. Все-таки что-то домой потянуло.
– Ты как новичок. Знаешь же, что невозможно, – пожурил пленника Локи.
– Да я не про мой мир. Я про Порожск. Квартиру в ипотеку оформил, все девушку хотел найти. Нормальной жизнью и тут можно жить, если захотеть.
– Грог, это Улей. Здесь все по другому.
– А все равно. Ребята, отпустите меня. Я вас не выдам. И воевать больше не пойду.
– Нет, Грог, – ответил Локи. – Если не подведешь нас, так и быть, отсыпем и тебе батареек. Но теперь ты либо не жилец, либо в нашей команде.
– Ладно, – нехотя произнес Грог.
– А ну быстро пошли, – скомандовал Хром. – 500 миллирентген в час. Бегом.
Пробежали, остановились. 400 микрорентген в час.
Дальше так и шли. Кое-где бежали, где-то переходили на спокойный шаг.
В кустах раздался шорох.
– Ложись, – скомандовал Локи и все разом упали на землю, не раздумывая о фоне.
Тревога оказалась ложная. Из зарослей вынырнула собака, пробежала мимо и скрылась.
Продвигались дальше. И снова шорох.
– Ложись!
– Заче… – спросил, было, Грог, но тоже упал. Раздалась очередь.
Завязалась перестрелка. В полусогнутом состоянии, отстреливаясь, добежали до первого попавшегося укрытия.
– Так, лафа кончилась. – Шепнул Локи. – Теперь наблюдаем не только за радиационным фоном, но и за окрестностями.
– Кто это? – спросил Грог.
– Да какая разница теперь? Кто угодно. Внешники, муры, охрана, что приехала с кластером и еще не поняла что случилось. Одним словом, – враги.
Посовещались.
– Хром следит за фоном. Я слежу вперед и вправо. Дед – обзор вперед и слева. Кобол, поглядывай, что в тылу.
Направились к мосту. Что интересно, Мост смерти был здесь по-прежнему. Все также виднелись трубы первой и второй очереди, башенные краны. Вот как будто здесь ничего и не менялось, родная ЧАЭС. Позади раздался шум двигателя.
– Сзади! – крикнул Кобол.
Пользуясь возвышением моста, как укрытием, товарищи приняли оборону. Теперь разглядели врага в лицо. В противогазах. Но были это внешники, или местная охрана, фон-то повышенный, понятно не стало. Завязалась перестрелка. Удача оказалась на стороне товарищей. Можно продолжить путь.
Товарищи не сразу заметили, что Грог во всю прыть бежал вниз.
– Свобода! Домой! Я вернусь, – кричал он, опьяненный сладким воздухом свободы.