Двинулись по коридору. Казалось бы, обычный коридор. И вовсе не золотой.
– Ты нас туда ведешь, Сталкер? – спросил Дед.
– Туда-туда, – ответил Хром.
Прошли по коридору, поднялись по лестнице.
– Саншлюз, – прочитал Дед надпись на двери.
– Опять? – удивился Локи.
– Разной степени загрязненности зоны.
Емкость с водой, рамки. Скамейка.
Сменили обувь, отправились дальше.
– Осторожно, мокрый пол, ведется дезактивация, – висела на стене надпись рядом с баллоном огнетушителя. Напечатана обычным принтером, вложена в файл.
Коридор упирался в белую стену – торец монолитной опорой балки «Мамонт».
Поворот на лестничную клетку. Отметка +24 – нанесено красной краской на стене. Дверь.
Прошли по изогнутому коридору, под кабельной трассой. Тускло горели одиночные фонари белым светом.
В маленькой обшарпанной комнатке на крючках висели каски, под ними полиэтиленовые одеяния.
– Санпропускник. – озвучил Хром.
– Еще один? – удивился Дед.
– Полезем в реактор. – пояснил Хром.
Товарищи надевали на себя эти полиэтиленовые облачения.
– Неужели полиэтилен хорошо излучение задерживает? – удивился Дед.
– Атомы водорода хорошо поглощают гамма-кванты, – пояснил Хром.
Прошли дальше.
– Стой, – гласила надпись на белой простыне, загораживающей проход.
– Ты точно знаешь, где искать эти батарейки? – спросил Локи.
– Нет. Но примерно представляю где.
На самом деле Хром весьма смутно представлял, где. Но под завалами еще оставались целые помещения, ближе к третьему блоку, примыкающие к общим системам под венттрубой. Хром знал, что там оставалось хранилище свежего топлива, возможно там даже уцелели свежие топливные кассеты. Более того, полагал Хром, если и начинать утилизацию радиоактивного графита с четвертого блока, значит – там. А где графит, там и батарейки. Значит, путь выбран первый.
Планы станции он, конечно, просмотрел, и вот сейчас память его стала подводить. Вроде бы раньше ничего не стоило по памяти найти дорогу по топокарте. Даже в Google Maps, на каком бы городе не был остановлен фокус, на автомате мышкой переводил фокус на ЧАЭС: уменьшить масштаб, переместить влево, увеличить. Хром даже специально испытывал себя. Думал о постороннем, включал карту, и машинально, вот, ЧАЭС, вид сверху, со спутника. Даже при попытке найти КуАЭС – близнец Чернобыльской, и довольно близко расположенной по соседству, все равно на экране увеличивалась ЧАЭС.
Но в этот раз что-то пошло не так. Вместо прохода к другой лестничной клетке оказалась наклонная лестница вниз. Только тусклые фонари освещали путь. Несколько раз приходилось спускаться вниз и снова подниматься. Местами дозиметр зашкаливал.
– Бегом, – скомандовал Хром, и тогда товарищи бежали за ним.
Оказались в каком-то коридоре. На стене висел телефонный аппарат. Трубка так и болталась на проводе.
Аппарат зазвенел.
– Странно, – подумал Хром, почему звонит, трубка же не на рычаге? Но трубку поднял. Гудков не было.
– Алло, – произнес он в трубку, по которой уже треть века как никто не разговаривал.
– Алло, Витя, здравствуй! – послышался знакомый женский голос.
– Мама! Рад тебя слышать, – ответил Хром.
– Витенька, давно тебя не видно. Когда приедешь к нам, а?
– Мама, я сейчас очень занят, не могу.
– Ты всегда занят, сынок, но хоть услышала тебя. Ты все-таки найди время, да навести нас, стариков.
– Хорошо, мама, – ответил Хром, понимая, что врет. Как он сумеет попасть туда? Хотя, план у него уже зрел в голове. Хром положил трубку и задумался.
– Долго ты измерять будешь? – нервно спросил Локи.
– Хром глянул на дозиметр, фон зашкаливал. Вот не подумал, надо было взять из местных, не подумал. Там более высокие значения отображались.
– Зашкаливает, бегом!
– И они пробежали, пока не обнаружили площадку с относительно невысоким фоном.
– Я вот не пойму, – сказал Кобол, – болталась трубка себе да болталась. Зачем ты ее на рычаг повесил?
– Что? – не сразу понял Хром.
– Я понимаю, перфекционизм, все должно быть на своих местах. Но здесь – аварийные конструкции, здесь в принципе ничего не на своих местах.
– И то правда, – согласился Хром, что-то перемкнуло.
– Ну ничего, бывает. Ты, главное, «Елену» не трогай. Пусть лежит себе на боку, как лежала. – пошутил Кобол.
Снова шли коридорами, завалами, громко раздавались шаги, когда поднимались по металлическому трапу.