19. ЛЮДИ НАРОДА ЛЭЦУД
Бааль видел снег впервые. И хотя он отдалился от того места, где вырос, всего на несколько недель пути, климат здесь был совершенно иной. В их краях снег никогда не выпадал. По крайней мере, пока Бааль рос в жилище Леахлифа, он его ни разу не видел. Зимой шли дожди, шумные, затяжные, после которых все вокруг начинало гнить и разлагаться, а кожа на руках и лице покрывалась волдырями. Весной солнце светило так жарко, что плавилась земля, ходить по ней босиком было невозможно, а поля выгорали, и становились похожими на пустыри. Летом леса горели, и из них исчезала вся дичь. Наступал голод. И именно в это время на эвров обычно нападали враги. С самого раннего возраста Бааль слышал от горбуна, что они окружены варварами, и рано или поздно Баалю придется вступить с ними в борьбу. Но как выглядели эти «варвары», и насколько сильно они ненавидели эвров, народ Бааля, он узнал лишь тогда, когда встретил в лесу зохуурапи. И вот теперь Бааль с наслаждением ловил снежные пушинки на язык, подставлял под падающие снежинки ладони, и долго, пока снег таял в его руке, разглядывал их лучистые звезды.
- Это что-то странное!, - говорил сам себе Бааль: - Откуда в небе столько молока? Какой огромной должна быть небесная корова, выцеживающая на землю столько млека!
Внезапно он услышал за спиной чей-то неприятный смех, и лязг железа. Обернувшись, Бааль увидел в нескольких шагах от себя группу высоких мужчин, покрытых, как и зохуурапи, шкурами животных, но уже полностью, прикрывая ими и свои срамные места.
Поверх шкур висели металлические пластины, именно они и издавали скрежещущий треск. Бородатые лица людей были перекошены недоброжелательными улыбками. На головах чужаков возвышались металлические уборы, увенчанные острыми шипами и кривыми рогами. Бааль сразу догадался, что эти варвары приближаются к нему с каким-то недобрым умыслом. Их было шесть человек.
- Смотри, какой хорошенький!, - прохрипел один из незнакомцев, несший на своих плечах тушу оленя: - Он мой!
- Угомонись!, - оттолкнул его самый крупный из приближающихся мужчин, он был на две головы выше всех остальных: - Ты уже убил свою добычу! А этого мальчишку я возьму себе!
И гигант, проваливаясь по колено в сугробы, зашагал в сторону Бааля. Но не успел он сделать и трех шагов, как тут же схватился за горло, пронзенное стрелой Бааля, издал глухой хрип, и рухнул в снег, багровеющий от хлынувшей из его рта крови. Следом за ним упали еще три облаченных в шкуры человека. Бааль не торопился, и медленно расстреливал стрелами незнакомцев. Он стрелял лишь в горло варварам и в их лица, потому что только эти места не были защищены железом. Встреча с зохуурапи многому его научила.
- Кто ты, дикий ребенок!, - закричал несший оленя мужчина, прячась от мелькающих стрел за стволом дерева: - Возьми моего оленя, только сохрани мне жизнь! Я не причиню тебе зла!
Бааль сразу понял, что это и были те самые варвары из племени лэцуд, о которых Мафхид ему ничего не мог рассказать, и первым их намерением, по отношению к Баалю, было желание захватить его в рабство. Тем они и отличаются, варвары, что готовы разрушить и уничтожить все, что видят, эти люди понимают лишь силу.
Из напавших на Бааля горцев убежать сумел лишь один. Бааль пустил в него стрелу, но попал не в горло, а в железные латы, и стрела, переломившись, отлетела в сугроб. Этого промаха оказалось достаточно, чтобы варвар отпрыгнул в сторону, и спрятался за снежным пригорком. Он отполз на несколько шагов, и пустился наутек, петляя и прячась за деревьями. Но тот, что нес на плечах оленя, убежать не успел, и теперь, скрываясь за широким стволом ели, ожидал своей участи.