- Кто все эти люди?, - недоверчиво спросил Бааль.
- Все это – твоя родня, сынок! Тут весь наш род! Все твои предки!, - радостно ответила женщина: - Наконец-то ты дома!
- В это невозможно поверить!, - прошептал Бааль, он всегда чувствовал свое одиночество, и теперь впервые ощутил незнакомую радость. Что-то болезненное кольнуло у него под сердцем.
- Но это правда!, - женщина взяла Бааля за руку, и он почувствовал липкий холод ее ладони. Руку захотелось отдернуть, но Бааль подумал, что это обидит мать, и покорно пошел вместе с ней в сторону выщербленных скал. Отец, обнимая Бааля за плечи, пошел рядом с ними.
В сопровождении родителей, Бааль поднялся по выбитым в скалах ступеням к каменным кельям. Их приветствовали стоящие в провалах отверстий люди, чьих лиц Бааль не мог рассмотреть из-за повисшего над островом слепящего солнца.
- Входи, сынок!, - ласково сказала мать, подводя Бааля к пустовавшему отверстию в скале: - Теперь это твой дом! Тебе нужно отдохнуть! А вечером мы отпразднуем твое возвращение!
Бааль хотел войти в бездонное отверстие в скале, из которого веяло ледяным ветром, и шел неприятный запах, но взгляд его случайно упал на каменные ступени, по которым они поднялись на скалу. За отцом и матерью тянулся липкий слизистый след.
« - Если я войду в эту келью, то превращусь в слизня!», - с ужасом подумал Бааль, и вырвал свою руку из рук матери.
И тут, будто бы услыхав его мысли, отец и мать накинулись на Бааля с двух сторон, чтобы втолкнуть его в гудящий провал в скале. На Бааля набросились слизистые родственники, перекрывая ему путь к бегству. Их становилось все больше и больше.
В облике нападавших Баалю стали различимы черты слизней, из вытянутых пастей они обливали Бааля клейкой рвотой, от которой слезились глаза, и перехватывало дыхание.
Из последних сил Бааль вырвался из гибельных объятий родни, и вкарабкался на вершину скалы. Вокруг жуткого острова расстилался безбрежный океан. Бааль оттолкнулся ногами от камня, и, выставив перед собой руки, прыгнул со скалы вниз, в отражавшую бездонное небо морскую синеву.
На безопасной глубине к Баалю подплыл дельфин.
89. РЫДАЮЩИЙ ТРЮМ
- Более страшного места я не видел!, - сказал Бааль, когда Йедидути отплыл от острова слизней: - На мгновение я поверил, что передо мною отец мой и мать! Готов был их обнять!
- Слизни оживляют грезы людей!, - пояснил Йедидути: - И за это превращают самих людей в слизней! Но тебе повезло! Ты увидел родителей, и остался жив! Ты невероятно везучий!
- Так ты думаешь, это были мои родители?, - спросил Бааль, он все еще не мог прийти в себя от случившегося на острове.
- По крайней мере, твои мать и отец могли выглядеть именно так!, - Йедидути не успел пояснить, что он имеет в виду, как в бок ему, вспарывая толщу воды, вонзился гарпун. Из дельфина снова хлынул фонтан, но на этот раз он был красного цвета.
Бааль слетел со спины друга, и увидел, как дельфин, оставляя красный шлейф крови, медленно опускается ко дну. Бааль хотел было поплыть за Йедидути, но в это мгновение мимо него, прорезая воду, пролетела еще одна острога. И сразу что-то опутало Бааля по рукам и ногам, и стало вытягивать его из воды наверх.
Бааль оказался схвачен прочной сетью, которая подняла его над волнами. Под собой Бааль увидел судно, на черной палубе которого толпились заросшие, крепкого телосложения, мужчины, тела которых были испещрены разноцветными рисунками. Моряки громко смеялись, и тыкали в Бааля гарпунами.
- Вот так рыбка попалась в сети!, - хриплым голосом сказал один из моряков, и пощекотал Бааль зубастой острогой. Его шутка вызвала у бородачей новый приступ смеха.
Бааль, придя в ярость, дернул за опутавший его невод, от чего мачта, на которой он был подвешен, и к которой была прикреплена сеть, хрустнула, и переломилась. Бааль упал на палубу перед штурвалом, и разорвал плетеные путы.
Моряки перестали смеяться, и накинулись на него с гарпунами и серповидными ножами. Схватив мачту, Бааль, орудуя мачтой как дубиной, начал бить одного разбойника за другим, проламывая им головы, и выпихивая обмякшие трупы за борт.