— Служба безопасности установила что-нибудь? У вас было достаточно времени, — нетерпеливо поинтересовался советник.
— Как вам известно, я лично возглавляю эту службу, и поиск брата, словно испарившегося из запертой комнаты, — моя первостепенная задача, — с горечью произнес Визар, при этом скрыв злорадную усмешку.
— Визар, а каков был фон в кабинете? Любое магическое вмешательство оставляет следы, — прозвучал вопрос старшего советника, чей взгляд был полон испытующего внимания.
— Кроме портального фона — ничего. Даже следов присутствия постороннего обнаружено не было. Слишком много времени прошло с момента его исчезновения, — Визар скорбно опустил голову, словно сломленный тяжестью утраты. Ему все тяжелее было скрывать истинное лицо.
— Я предлагаю назначить наместником Визара из рода Смелых. И обосную свой выбор, — голос старшего советника гулко разнесся по залу. — Он последний из правящей династии, и мы не можем более медлить с возвращением наместника. Волнения в народе необходимо остановить, и Визар — единственная надежда на спокойствие.
Совет заседал долго, обсуждая каждый нюанс, каждый возможный исход. В итоге, все пришли к единому мнению: Визар, единокровный брат Греграна, должен стать наместником. Следом обсудили вопросы международных отношений, торговли, мореходства и здравоохранения, словно стараясь наверстать упущенное за время отсутствия правителя.
Визар был похож на брата — такой же статный, с атлетическим сложением и крупными чертами лица. Но взгляд… разрез глаз отцовский, а радужка — светло-каряя с едва заметными серыми крапинками, словно осколки зимнего неба в теплом летнем дне.
План захвата власти, казалось, удался. Если бы не внезапное исчезновение Греграна в портале… и все благодаря девушке, которую Визар уже считал своей. Ему удалось очаровать невесту брата. Вернее, он приложил к этому немало усилий, пока Грегран был занят государственными делами. Лелеана поначалу сопротивлялась, но какое сердце устоит перед восхищением, щедрыми подарками, ежедневными букетами свежих цветов? Немного искусного давления, и невеста брата призналась, что ее отец — могущественный колдун, находящийся на пороге смерти. Он ищет ученика, чтобы передать свой проклятый дар, но пока не нашел достойного, поэтому и угасает. Слезы навернулись на глаза Лелеаны. Она искренне любила отца, единственного родного человека, оставшегося после смерти остальных членов семьи. Такова плата за темный дар, но девушка об этом не знала. В этот момент откровения в голове Визара окончательно созрел план смещения брата с трона.
Тихо приоткрыв дверь, он заглянул в покои Лелеаны. Она сидела, держа перед собой книгу, но ни одной страницы не было перевернуто. Взгляд ее был устремлен на облака, плывущие по лазурному небу. Тихое покашливание вывело ее из задумчивости, и она обернулась. Счастливая улыбка озарила ее лицо, и легкий румянец тронул щеки. Белая, словно алебастр, кожа покрылась нежным розовым оттенком, а зеленые, как весенняя трава, глаза, обрамленные густыми ресницами, скромно опустились.
Визар вошел в комнату и опустился на пол перед Лелеаной. Вначале она была лишь пешкой в его игре за власть, но он и сам не заметил, как эта русоволосая красавица пленила его сердце. «Она должна стать моей», — пронеслось в голове Визара, и сердце воина на мгновение радостно встрепенулось, но тут же вернулось в привычный, спокойный ритм.
— Как ты себя чувствуешь? — тихо спросил он.
— Странно… я должна переживать о своем женихе, но при твоем появлении мое сердце начинает бешено колотиться, и я… я просто радуюсь, — прошептала девушка.
— Если он воспользовался порталом, — Визар намеренно подчеркнул эту версию, — значит, ему никто и ничто не нужно. — О следе темной магии он умолчал. В его планах эта информация оставалась козырем.
— Я никогда не считала Грега импульсивным, — с грустью прошептала она, — а он, оказывается, совсем другой.
— В нашем случае это даже к лучшему, — отозвался он, сжимая ее руку. — Люблю тебя. И скоро мы будем мужем и женой. Меня выбрали наместником.
— Правда, любимый? — Ее глаза засияли. — Поздравляю! Я так счастлива, что именно ты возглавишь государство.
Он прижал ее к себе, касаясь губами ее губ в мимолетном, осторожном поцелуе. Визар боялся, что не сможет сдержать охватившее его желание, и берег невинность любимой для брачной ночи.