— С тобой мы поговорим позже, а сейчас пойдешь с охраной к себе в дом и принесешь то, что забрал у нашего гостя.
Мужчина, словно очнувшись, перевел взгляд на Грега и вздрогнул, будто увидел его впервые.
— Лари, скажи ребятам, пусть проводят вора до дома. Как только вернет кулон, заприте его в темнице. После разберусь, что с ним делать.
Лари выкрикнул имена охранников, и те, подхватив Гудруза под руки, вывели его из комнаты. Через четверть часа Грег уже держал в руках кулон — артефакт портала. Магия в нем еще чувствовалась. Попрощавшись с главой рода и девушками, он надел кулон и нажал на камень.
Мир поплыл в туманной дымке, и перед глазами Грега предстал родовой замок. Но на месте деревни, что некогда окружала его, зияла лишь выжженная, мертвенная пустошь. Среди пепла и руин торчали лишь остовы печей, словно черные надгробья над могилой прошлого…
Глава 21
Время неслось неумолимо, а Хранительница погрузилась в круговорот домашних забот. Едва сошел последний снег, деревья облачились в изумрудную листву, а луга расцвели пестрым ковром, источая дурманящий аромат. Кто пешком, кто на телеге добирались до священного озера, влекомые надеждой на исцеление. Клавдия радовалась, что оборотни заблаговременно возвели домики, где могли найти приют нуждающиеся в помощи. Лишь ей, Хранительнице, было дано право просить стражей озера о милости. Дерзнувших приблизиться к воде самовольно нещадно отбрасывала высокая волна, долго не позволяя им подняться приблизиться к водной поверхности. А к тем, кто не желал платить за исцеление, у Светлого озера были свои, порой суровые методы, вплоть до полного отказа в помощи.
К началу весны магия в озере накопила небывалую силу, и время, затрачиваемое на лечение, сократилось.
Лишь когда солнце, закончив свое ежедневное путешествие скрывалось за горизонтом, уступая место ночи, Клавдия падала в постель и долго не могла сомкнуть глаз, устремляя взгляд в потолок, полный теней и воспоминаний о Греге. С мыслями о нем она и засыпала, уносясь в царство грез.
— Клава, просыпайся, — услышала она сквозь сон голос, тихий, как шелест опадающих листьев. — Человек просит об исцелении, но стражи не пропускают без твоего дозволения.
— Сейчас встану! Кого это принесло сюда в такую пору? Не могли дождаться утра? — проворчала она, натягивая платье.
— Это твой младший брат, Иркан. В детстве вы были неразлучны. Сделай вид, что узнала его. Поторопись, он на пределе сил.
— Почему ты сама не попросила, чтобы ему разрешили окунуться в воду?
— Вся власть отдана Хранительнице, и только тебе решать. Таков закон магии, и ни я, ни стражи не в силах его изменить.
— О Создатель, как все запутано! — простонала Клавдия, наспех обувая туфли и спускаясь на первый этаж. Выйдя во двор, она поежилась от ночной прохлады.
Взглянув на луну, женщина прикинула, что сейчас около двух часов ночи, а через три забрезжит рассвет. Тропинка, ведущая к озеру, была вымощена камнем, а строители соорудили удобные ступени для тех, кто не мог передвигаться самостоятельно.
У самой кромки воды лежал мужчина, чертами лица напоминающий Клаву. В его темных волосах серебрилась ранняя седина, а глаза были закрыты.
— Магия Светлого озера, молю, прими в свои глубины моего брата по крови и помоги ему исцелиться! — взмолилась Клавдия, и волна, словно живая, подхватила тело, окутывая его коконом. Через мгновение она отпустила его из плена.
Иркан лежал на поверхности, раскинув руки и ноги, словно морская звезда, и покачивался на волнах. Раны, нанесенные острым оружием, затягивались прямо на глазах. Клавдия впервые видела, как вода исцеляет. Это смотрелось завораживающе! Молодой человек открыл глаза и огляделся.
— Сестра, — тихо произнес он. — Я нашел тебя!
В его голосе звучало столько любви и нежности, что Клавдия вдруг поняла, как ей не хватало мужского плеча рядом. Орс всегда был в непосредственной близости и помогал ей, но Хранительнице так хотелось поговорить с кем-то по душам, выплакаться в жилетку, почувствовать защиту и опору родственной души. Нянюшка тоже помогала советами, но это было не то. А Иркан сразу же запал ей в сердце.
— Все будет хорошо, братик, только вылечись.
Будить никого не стали. Когда юноша выбрался из воды, Клавдия забросила его руку себе на шею и, обхватив руками талию брата, направилась к свободному домику. Можно было бы привести его в дом, но все комнаты были заняты, а отец главы клана Берт до сих пор оставался с ними. Он помогал строителям, за что они благодарили его и называли «славным мальчуганом», отчего тот весь день ходил довольный.