Более половины прибывших являли собой лишь истерзанные тела, едва подающие признаки жизни. Часть оборотней, откликнувшись на мольбу Хранительницы, тотчас принялась за работу, а другая, состоявшая из четырех угрюмых медведей-оборотней, со скрещенными на мощных грудях руками, невозмутимо взирала на страдания прибывших: тяжелораненых несли к домам, а те, кто еще мог держаться на ногах, печальной вереницей, поддерживая друг друга, брели по тропинке в сторону озера. Но тут, словно злой рок, им преградили путь четверо разъяренных оборотней.
— Хранительница, это озеро священно для нашего рода! Оно принадлежит медведям, и лишь хищные оборотни имеют право черпать из него исцеление. Мы стерпели, когда в его водах плескались люди, но не позволим травоядным осквернить его! — прорычал их предводитель Малвадо, с гримасой отвращения, словно почуяв невыносимую вонь.
Клава не раз ловила на себе его неприязненные взгляды, но не могла и помыслить, что этот оборотень разделяет гнусные убеждения старого главы рода, Берта Касса.
— Неужели это имеет значение, когда речь идет о тех, кто во второй ипостаси носит человеческий облик? Должно ли двуликому, наделенному разумом, уподобляться кровожадному зверю, готовому растерзать беззащитную дичь? — возразила Клавдия, в голосе которой звучало возмущение.
— В нас больше звериного, нежели человеческого! И эти грызуны не прикоснутся к священному озеру! — отрезал Малвадо.
— Позвольте напомнить, кто здесь Хранительница!
Ледяной тон Клавдии пронзил оборотней, вызвав у них дрожь. Но, несмотря на смятение, они продолжали упорствовать. Со всех сторон к Клавдии стали подходить те, кому она вернула здоровье, а также домочадцы.
Лан, поддерживаемый своими сородичами, с трудом держался на ногах. Одного из них она не знала, а вторым был Симар. Главе рода косуль становилось все хуже, туника в области живота багровела от крови, и с каждой секундой он терял остатки сил. Беспомощность породила в хранительнице ярость, подобную цунами, застилающую глаза и подгоняемую волей.
— Если не хотите навлечь беду на свой род, пропустите нас! Иначе озеро отвернется от вас навсегда. Или напомнить, что стало с вашим бывшим главой?
Клава взглянула на Берта, крутившегося неподалёку от тех, кто взялся обустраивать временный лагерь. Он пристально наблюдал за происходящим.
— Не пытайся нас запугать, Хранительница! Скажи спасибо, что мы не прикончили тебя и не вышвырнули вместе с твоими прихлебателями из этого дома. Жаль, Берт не успел с тобой расправиться! — Малвадо злобно усмехнулся.
— Напомнить ли вам, почему озеро столетиями хранило молчание, а наши дети рождались без дара, неспособными обрести полноценный облик? Или как наши женщины теряли медвежат, не сумев доносить их до срока, или рожали слабых, обреченных на гибель? Стражи озера — это та самая пара из легенды, сраженная зловещей стрелой, выпущенной рукой врага. Жених был из нашего клана, невеста — из клана ланей. Но они не делили себя на хищников и травоядных, они любили друг друга и погибли за свою любовь! — Голос Орса, словно гром среди ясного неба, раскатился по округе. Казалось, сами стены дома, лес и святое озеро внимали каждому его слову. Волны, вздымаясь, с яростью обрушивались на берег, словно поддерживая его слова.
— Отойдите и дайте пройти тем, кто нуждается в помощи! — приказал Орс.
Малвадо, презрительно усмехнувшись, шагнул вперед, преграждая путь.
— Я вызываю тебя, Орс, наследник Берта Касса, на поединок за право быть главой рода!
— Я принимаю твой вызов! — ответил Орс.
В мгновение ока толпа расступилась, образовав круг.
Малвадо, словно выпущенная из лука стрела, ринулся на главу рода. Но Орс, чья реакция была молниеносной, отреагировал мгновенно. В прыжке оборотень превратился в огромного медведя, нацелившего клыки на шею человека, но Орс, предвидя замысел врага, оказался на несколько шагов ближе к зверю. Взмахнув рукой, тут же обратившейся в лапу с острыми когтями, он полоснул ими по носу нападавшего. Завыв от боли, Малвадо рухнул на землю, развернулся и вновь бросился на человека, намереваясь подмять его под себя. Но Орс, вывернувшись в последний момент, перекинулся сам и, обрушившись сверху на противника, задрал его голову вверх. Победа была за главой рода. Мгновение — и оба оборотня лежали на земле в человеческом обличии.
— Орс, разбирайся сам, а я провожу раненых к озеру, — бросила Клавдия и поспешила к берегу.
Вода бушевала, волны яростно хлестали о берег, не позволяя приблизиться. Превозмогая ярость стихии, Клава сделала шаг вперед и склонилась в поклоне.