Глава 30
Яркое весеннее солнце, прорвавшись сквозь витражи окна, рассыпалось по кабинету каскадом разноцветных искр. Грег, погруженный в тяжкие думы, зачарованно наблюдал за причудливой игрой света и тени. В сознании его, словно заезженная пластинка, вновь и вновь прокручивалась информация, выуженная из злополучной парочки во время допроса. «Не зря я тогда обратился за помощью к другу отца. Махтур — ас в подобных делах, я бы барахтался, как слепой щенок! — с облегчением подумал Грег». А вспомнить было о чем.
Лелеана, эта хищная волчица в овечьей шкуре, не владела даром, и, по ее словам, никогда не обучалась магии, но распоряжалась темной энергией с циничной легкостью, словно сеяла отравленное зерно в поле. При этом, наивно полагала, что сама управляет ею, не понимая, что тьма давно и безраздельно поработила ее душу.
Магия смерти требовала почтения и не прощала дилетантства. Остается загадкой, как отец Лелеаны не заметил зловещих метаморфоз, но, возможно, будучи при смерти, он просто не придал этому значения. Злые языки поговаривали, что старик долго и мучительно страдал от болей, пока его брат Визар не избавил его от мучений, забрав колдовской дар.
Целитель преподнес еще более гнусный сюрприз. Артефакт правды выявил неприглядную истину: свой аристократический титул этот лицемер унаследовал благодаря удачной женитьбе, вот только юная супруга слишком поздно поняла, что подписала себе смертный приговор. Молодая вдова не имела детей от первого брака — супруг был слишком стар, а с Тивраном попытки завести наследника не увенчались успехом, потому как коварный муж тайно подмешивал ей зелье бесплодия.
— Неужели не хотел наследников? — с недоумением поинтересовался один из людей Махтура.
— Нет! — совершенно спокойно ответил циничный целитель. — После смерти жены пришлось бы с ним делиться, а зачем мне это?
Помощники были настолько ошеломлены этим хладнокровным признанием, что потеряли дар речи. Лелеану и целителя передали на суд Совета, чья справедливость считалась единственно возможной. К сожалению, Грег не мог сам вершить их судьбы, поскольку преступники принадлежали к другому роду.
Прошла уже целая неделя после всех этих событий, но Грег все еще не мог покинуть свои земли и вернуться к Хранительнице. Причиной тому был внезапно объявившийся странствующий старец.
Лишь однажды в жизни ему довелось встречать подобного — в день трагической гибели отца. Сейчас наследник не помнил дословно пророческих слов убеленного сединами мудреца, но смысл их навечно отпечатался в его памяти: старец предостерегал его от предательства родного брата. Но юный Грег тогда пренебрег мудрым советом, надменно развернулся и ушел. Теперь он понимал, сколь роковой была эта ошибка, но время, увы, нельзя было повернуть вспять.
Поэтому душа его жаждала встречи со старцем, зная, что тот даст правильный совет.
— Рост! — позвал он своего человека. В кабинет вошел старший стражник, крепкий мужчина лет тридцати, и с готовностью посмотрел на господина.
— С чисткой закончили?
— Да, господин! Из пятнадцати слуг, что прислуживали в замке, четверых не жалко выгнать из замка без лишних церемоний. Именно они служили госпоже.
— Смело! И что же ты там раскопал?
— Ваша бывшая невеста наложила на них какое-то мерзкое заклинание, позволяющее ей в любой момент подключаться к их сознанию, видеть их глазами и слышать их ушами, получая всю информацию о происходящем здесь. И подкупать никого не требовалось! При этом сами слуги ничего не помнили и, приходя в себя от чужого контроля, оказывались в самых нелепых и неожиданных местах.
— Давно это продолжается? — нахмурив брови, поинтересовался наследник.
— С тех самых пор, как эта змея, Лелеана, появилась в этом доме, господин.
— Хорошо! Люди не виноваты, что стали жертвами грязной магии, поэтому просто объясните им, что в их услугах больше не нуждаются, предупредите управляющего, чтобы произвел полный расчет сполна и отправил их восвояси. Кстати, где Варис?
— Он усердно выполнял ваше поручение: искал старца. Только что вернулся и, как и было велено, доставил вам мудреца. Варис перехватил его на пути к оборотням.
— Передай ему, чтобы, как только приведет себя в божеский вид, немедля явился ко мне. И Расси предупреди, пусть накроет стол для нашего гостя. Возраст у человека почтенный, пусть хоть раз в день по-человечески поест. Как только старец трапезу закончит, сразу ко мне.