Я сейчас импровизировала. Главное было занять её, а то сейчас себе всего надумает и непонятно, чем потом всё это ей аукнется.
У меня в той, прошлой жизни, была одна знакомая, которая довела сама себя до бесплодия. Силой внушения, тоже якобы ей цыганка что-то не так сказала. Врачи лечили-лечили — тщетно. Еле-еле потом с нею психолог разобралась. Но это в том мире. А в это время есть только уринотерапия и Кашпировский.
А так она поверит, что всё вымыла и всё будет у неё хорошо.
Я натянула старые рукавицы и принялась убирать в подъезде. По характерному шуршанию у соседкиной двери, я поняла, что Ивановна подглядывает в дверной глазок.
И так меня злость заела, что я не выдержала, решила слегка отомстить.
Когда мы с Анжеликой покончили с уборкой (коврик, к сожалению, пришлось выбросить на мусор), я сказала:
— А теперь давай пугнём Ивановну.
— Как? — глаза Анжелики загорелись предвкушением.
— Очень просто, — хихикнула я, — сейчас с тобой смастерим куклу Вуду и подкинем ей на коврик. Только нужно так, чтобы на нас улики не указывали.
И мы занялись (вот-вот, я весь вечер прозанималась этой ерундой, вместо того, чтобы окорочка жарить. Хорошо хоть с пирожками успела). Анжелика сбегала во двор и нарвала пучок травы. Сухой, пожухлой, но сойдёт. Из травы я скрутила подобие куклы-оберега, связала её нитками. Из старого лоскутка сделали ей юбку и платочек, а также приладили кружочек ткани — это «лицо». На лице фломастером нарисовали глаза, нос, рот. Анжелика расшалилась и из кусочка тоненькой проволоки, стянутой из ящика Ричарда, сделала нечто похожее на очки. Кукла, конечно, получилась монструозная, но при этом она отдалённо была похожа на Ивановну (из-за очков, наверное).
Куклу мы проткнули большой цыганской иглой с заправленной в неё толстой красной нитью.
Анжелика на улице подобрала воронье перо. Перо тоже примотали к кукле.
Затем подбросили соседке на коврик.
Ну всё, ответ дан. Похоже война сделала квантовый скачок и перешла на новую стадию.
— Нужно нам поскорее на ту квартиру перебираться, — озабоченно сказала Анжелика, убирая обрывки травы и ниток в мусор. — А то Ивановна скоро с топором уже бросаться на нас начнёт.
Я, кстати, не исключала и такое развитие событий, поэтому согласно кинула и сказала:
— Смотри, Анжелика. Завтра я забираю Ричарда. Послезавтра отмываем квартиру. Все вместе. Втроем. Затем у меня на работе проверка будет, я буду занята. А после проверки переедем.
— А сколько проверка будет по времени? — спросила Анжелика.
— Сложно сказать, от трёх-четырёх дней до двух недель, — развела руками я. — Вряд ли больше.
— Всё равно, две недели — это много. И ты будешь все эти дни задерживаться на работе, — задумчиво сказала Анжелика, — а я буду в колледже и в общаге уже. А Ричард весь день после школы будет дома один. Сама подумай, что ему эта Ивановна может сделать!
Я вздрогнула. Анжелика права.
— Ты права, — вздохнула я, — давай тогда завтра и переедем. А отмывать квартиру мы сможем уже будучи там. Видишь ли, я хотела сперва с юристами всё точно выяснить. С опекунством этим над дядей Володей и тетей Тамарой. А теперь получается, что надо срочно туда уходить. И я совершенно не знаю, вдруг получится, что мы переедем, а явятся какие-то очередные их родственники с претензиями на квартиру. И ещё с ними что — непонятно.
— Так давай не будем пока все вещи туда перевозить, — предложила Анжелика, — мы же можем сначала…
Договорить ей не дал душераздирающий крик, который шел с лестничной площадки.
Кричала Ивановна.
Глава 25
— Забираешь Ричарда, деду скажешь, что я не смогла. Белку обязательно от меня поцелуешь — и обратно на автобус. Если ты не успеешь, то придётся там ночевать. А у Ричарда школа, а у тебя колледж. И главное — пирожки не забудь выложить на столе, — расстроенно повторяла я, еле сдерживая слёзы.
— Ну тётя Люба! — возмущалась Анжелика, помогая мне упаковывать объемные сумки, — я всё поняла.
— Ты перепутаешь!
— Не перепутаю! — усмехнулась она, — и Белке чистую одежду оставлю, а тёплую заброшу в шкаф, и деду Васе новый спортивный костюм положу возле этажерки.
— Только ты ему не говори, что это новый костюм! — забеспокоилась я, — скажи, я давно ещё купила зятю, а он поносил, а теперь ему в больницу не надо. А то дед Вася носить же не будет. Старики, они всегда новое жалеют носить. Особенно в селе. И ещё я вот тапочки ему купила, мягонькие, так ты тоже сразу отдай…
— Ну тётя Люба… ты уже это два раза говорила! — возмутилась Анжелика, а я вздохнула:
— Да сердце у меня не на месте. Так не вовремя эта проверка нагрянула. Мы ждали недели через две, а они завтра приезжают.