- Лешие тебя заколдовали, горе. Надевай штаны и пойдем, у меня переночуешь.
Парень застывает на одной ноге, до середины натянув штанину.
- Не хочу, - капризно отказывается он.
- ???
- Ты приставать будешь, - кокетливо поясняет рыцарь.
Я пожимаю плечами. Похоже, крыша у него все-таки покосилась от потрясения. Ему бы чего-нибудь горячительного принять, да по ночному времени нигде не раздобудешь. Провожаю его до дверей и спрашиваю:
- У тебя темно, как в печке, может, тебе посветить?
Бум! – дверь захлопывается у меня перед носом. Я слышу, как Гриф бестолково мечется по комнате, затем скрипит кровать – вроде улегся. Надо будет завтра поискать аптеку. Судя по всему, без валерьянки не обойтись.
* * *
Остаток ночи я провожу, то и дело выбегая из номера вместе с Джеком и лампой. Злополучный Гриф до утра колобродит, то норовя удрать во двор и там сплясать, то просто шатаясь по коридору и натыкаясь на стены. При виде нас бравый рыцарь с писком скрывается у себя. В конце концов я предоставляю гоняться за ним Джеку, а сама заваливаюсь в постель и дрыхну, как бревно, до полудня.
Будят меня крики и конский топот - будто во дворе гарцует целый полк. Выглянув в окно, вижу толпу народа – преимущественно женщин, которые галдят и хохочут, затаскивая в гостиницу чемоданы с баулами. Примечательно, что лошадей нет, хотя я могу поклясться, что слышала их. Зато у всех поголовно в руках метлы, ухваты, швабры – у одной даже шланг от пылесоса. Просто какой-то союз домохозяек на экскурсии.
Шайка расселяется по номерам, и гостиница превращается в какой-то птичник – всюду свист, щебет, кудахтанье, чириканье. Я отсиживаюсь в комнате и угрюмо размышляю, как бы прошмыгнуть вниз понезаметнее. Есть-то все-таки хочется. Однако чуть погодя прибывает вторая экскурсии, мало чем отличающаяся от первой, и я осознаю, что покоя мне сегодня не будет. Интересно, как они все собираются размещаться – разве только по пять человек в комнате.
Джек остается спать на моей кровати, а я, пообещав захватить ему что-нибудь перекусить, спускаюсь к обеду. Успеваю покончить с супом, когда на горизонте возникает растрепанный и потерянный Гриф. Под ласкающими взглядами домохозяек пересекает зал и плюхается рядом со мной.
- Как самочувствие?- интересуюсь я.
- Гаже некуда, - жалобно отвечает он. Ёжик у него на голове топорщится общипанной щеточкой. – Ни с одного бодуна так хреново не было. Всю ночь какая-то лабуда порнушная снилась, проснулся – все болит, как будто лешие на мне верхом катались.
- Всю ночь? – я давлюсь компотом. – Да мы с Джеком забодались тебя ловить, ты что же, во сне бродил, что ли?
- Так я еще и бродил?!!
На его опухшей физии вырисовывается неподдельный ужас. Мне его жаль, но что тут можно сделать – ума не приложу.
- Надо рвать отсюда когти, - предлагаю Грифу. – Талисман – не талисман, но кое-какая надежда есть. Не факт, что сработает, и тем более не факт, что у тебя мозги на место встанут. Но рискнуть стоит. Ты как вообще, идти в состоянии?
- Нет, - мрачно признается он. – Но если надо – бегом побегу.
- Да уж, бегать ты умеешь, - усмехаюсь. – Ладно, я пойду собираться, а ты пока лопай, а то в обморок где-нибудь рухнешь.
Собираюсь недолго. Джек под кроватью поглощает котлету, я лежу и мысленно составляю план дальнейших действий. Гриф не торопится.
- Что-то он долго, - замечаю, хмурясь. Джек тихонько подвывает в знак согласия. Сбегаю в зал – там веселятся обе экскурсии, чокаются пивными кружками. Грифа нет. У себя в номере его тоже нет. Я уже не на шутку волнуюсь. Вдобавок за окном начинает смеркаться, а это совсем нехорошо.
- Блинский блин, - в отчаянии говорю Джеку. – В этой деревне Адовке не только люди, но и время с ума сходит. Я так надеялась засветло смыться, а тут еще этот баран потерялся. Не могу же я его бросить лешим на поругание.
Джек тяжко вздыхает и уверенно идет к дверям соседнего с грифовским номера. Скребет лапой. Я прислушиваюсь – там какая-то возня и воркование, и вдруг – голос Грифа:
- О да, детка, вот так…
И – неизвестно откуда – многоголосое пакостное хихиканье.
Переждав приступ гнева, соображаю, что не все так просто. Во-первых, голос у Грифа невнятный, будто рот набит ватой. Во-вторых, уж больно неправдоподобная фраза – как в плохом кино. А в-третьих, мне что-то не верится, чтоб человека со столь развитым инстинктом самосохранения в такой неподходящий момент обуяла жажда наслаждений.
Короче говоря, пора действовать.
Дверь мне с наскока не выбить – она открывается вовне, да и я не бодибилдер. Ну, Гриф, зараза, будешь должен.
Включаю меч и прицельно бью под ручку – с таким расчетом, чтоб вышибить замок. Получается круче – дверь косо слетает с петель. Поболтавшись на одной петле, обрушивается в комнату и чуть не прибивает Грифа, распростертого на полу.
- Не рыцарь, а мальчик для битья какой-то, - ворчу я, выволакивая его за ноги в коридор. Парень немедленно приходит в себя и начинает орать благим матом. Сбегаются экскурсантки. Гриф расталкивает их и несется, как бешеный, к лестнице.
- Джек, шмотки!!! –выкрикиваю я и кидаюсь вдогонку.
Гриф выбегает вон из гостиницы и дует по улице, не реагируя на окрики. Бегает он и правда отменно – куда до него мне в моих сапожищах. Мертвенно-голубоватым светом зажигаются фонари вдоль дороги; зрелище феерическое – Гриф бежит, а позади него вспыхивают световые шары на столбах. Впереди показывается мост через реку; за ним кончается деревня и начинается лес. Гриф, как вспугнутый страус, мчится по дороге прямиком туда. Я приостанавливаюсь, потом решительно сплевываю и следую за ним тяжелым галопом.
Лес смыкается над нами, где-то в кронах каркают вороны. Стремительно темнеет. Я останавливаюсь и оборачиваюсь. Деревни не видно. Зато по дороге скачками движется смутно светящееся пятно. Оно еще далеко, но очень быстро приближается. У меня сердце заходится от страха, и в этот момент меня сзади хватают за руку.
- Гриф, б..!!! –ахаю я, героически переборов подступивший обморок. – Я тебя щас убью, ты, идиот паршивый…
Гриф молча улыбается. Его лицо совсем близко; белки глаз поблескивают, а радужки кажутся темными, как чернильные пятна. У него же голубые глаза, вспоминаю с тревогой. И улыбка совершенно не та. То есть губы его, но улыбаются они настолько чарующе, как у настоящего Грифа никогда бы не вышло.
- Кто ты такой? – спрашиваю без голоса, сглотнув ком в горле. Он не отвечает, просто тянет меня за руку. Мной овладевает какая-то тоскливая безнадежность. Напрочь забыв о мече, стою – не сопротивляясь, но и не двигаясь с места. Вот сейчас эта тварь утащит меня в лес, как пить дать утащит, а я ничего не смогу поделать…
И тут нас наконец догоняет Джек с моим рюкзаком.