К чему забивать себе голову?
К чему вообще о чем-то раздумывать?
Кто я? Куда я иду? Зачем? Все это неважно.
Почему обязательно надо вешать на все ярлыки – я, мол, такой-то, направляюсь туда-то…. Кому нужны эти рамки?
С чего я вообще взяла, что я – это я, а не кто-то другой?
Или никто. Или все.
Осознавать свою личность – это так напрягает. Столько лишних вещей приходится держать в голове. Почему бы не освободиться от этого груза? Что такое «я»? Неужели вот это нелепое тело, передвигающее ноги? Какое оно тяжелое, вот бы сбросить его, вырваться наконец на волю… Зачем мне эти кости, эти мышцы, они же только задерживают меня, я бы могла двигаться куда быстрее без этой дурацкой туши, прикованной к земле…
И эти мысли, эта паутина, в которой путается мой дух… Медлительный, неуклюжий мозг, который силится все переварить, все облечь в слова , загнать в рамки…
Помилуйте, это же смешно.
У меня есть меч – вот эта острая штука, которая, в общем-то, тоже бесполезна, но ею можно проткнуть грудную клетку. Выпустить дух, который стучится в нее изнутри, просится на волю. С каким облегчением он сольется с этим ветром!.. Если б еще не было так лень поднять руку, вытащить меч из ножен…
Надо в последний раз напрячься. Собраться с силами.
Раз – и все.
А потом – свобода.
Полная, ничем не ограниченная свобода…
Ну!...
На ходу тянусь к рукояти – как во сне или замедленной съемке: какие противные, ни на что не годные руки… Вытащить меч, упереть в землю и просто упасть на острие… Давай, паршивое тело, действуй…Скоро я от тебя избавлюсь!..
Я кладу непослушную руку на рукоять, сжимаю пальцы, вытягиваю меч… и грохаюсь на землю навзничь, не сразу поняв, что случилось. Левое предплечье пронзает острая боль. Я вскрикиваю и разом прихожу в себя.
Надо мной, ощетинив загривок и оскалив клыки, стоит Джек.
- Джек! – кричу, зажимая правой рукой рану. – Ты меня укусил, паскуда! Какого хрена?!!
В носу начинает свербить, будто я собираюсь чихнуть, губы кривятся – но слезы так и не появляются. Боль и обида подступают к горлу – и подобно грязной волне оттекают назад, уступая место бесконечному облегчению.
- Фуууу , - выдыхаю я и сажусь. Джек стоит, склонив голову, внимательно вглядываясь мне в лицо. Ветер взъерошивает его густую пепельную шерсть, отчего она кажется еще пушистее. Меня одолевает желание поцеловать Джека в мокрый нос, но я сдерживаюсь: мой оруженосец не одобряет телячьих нежностей.
- Дружище, - говорю, вставая. –Как же вовремя ты меня тяпнул. Я тут совсем с ума спятила с этим ветром. Пойдем поищем аптеку, а потом пожрать чего-нибудь…
Джек обходит меня кругом, оглядывает, обнюхивает, потом садится, вытянув хвост, и запрокидывает голову в досадливом вое.
- Ёёёёёёлки!!! - вторю я ему, когда до меня доходит, в чем дело. – Джек, я рюкзак посеяла…
Джек обреченно вздыхает, затем, носом к земле, деловито трусит в ту сторону, откуда я пришла. Я тоже вздыхаю и уныло плетусь за ним.
Несуразное какое-то путешествие получается.
* * *
По дороге мы с Джеком взламываем аптеку, и я дезинфицирую и перевязываю рану. Я решаю не принимать обезболивающих: мигрень отпустила, а ноющий укус не дает мне снова впасть в «ветреное» состояние.
- Ты прямо хирург, - подмигиваю Джеку. – Я же знаю, какие у тебя челюсти, ты мог мне руку отхватить на фиг. В следующий раз, если я убиваться соберусь, так и сделай.
Забежав по пути пообедать, идем дальше по моим следам без остановок. Я то и дело нервно озираюсь: в зеркальных витринах мне чудятся чьи-то отражения, в свисте и шепоте ветра – чьи-то печальные голоса. Особенно настойчиво слышится детский плач и жалобное собачье поскуливание. Пару раз мне кажется, что я вижу в окне силуэт девочки с короткими светлыми волосами, развевающимися на ветру.
- Этот город не пустой, - шепчу себе под нос. – Он полон призраков. Почему я раньше их не замечала?..
Джек, спокойный и сосредоточенный, неутомимо бежит вперед – вернее, назад, выискивая, вынюхивая мои следы. Я стараюсь не отставать. Страха по-прежнему нет, но здешняя атмосфера здорово давит на психику.
Добравшись до спального района, довольно быстро находим нужный двор. Я-то думала, что зашла бог весть как далеко, а на самом деле одолела квартала четыре.
- До чего надоели эти шуточки со временем и пространством, - ворчу, заходя вслед за Джеком в подъезд. – Хреновато у этих Королей с фантазией. Хотя, пожалуй, в лесу было не так уж плохо. По крайней мере, лучше, чем здесь…