Джек, прыгая по ступенькам, уверенно поднимается на третий этаж. Я бегу за ним, тревожно оглядываясь на хлопающие вразнобой двери. Пушистый хвост Джека скрывается в одной из квартир, я придерживаю дверь и проскальзываю следом – терять волка из виду ох как не хочется.
- Ну что, нашел? – кричу, перекрывая шорохи-шелесты-стуки. Квартира кажется незнакомой, но это точно та самая – вон и мой рюкзак у кровати, стоит, как миленький, завалившись набок. Джек прижимает его лапой к полу и зубами пытается развязать узел.
- А ну дай я, - присаживаюсь на корточки, заглядываю в рюкзак. Флейта на месте, и лампа тоже – только последняя больше не светится, вместо пламени в ней клубится что-то вроде тумана.
- Валить надо отсюда, вот что, - говорю вполголоса. – Даже живой огонь бессилен против этого ветра.
Джек согласно фыркает и трет морду лапой.
- Подожди-ка, мне надо кое-что проверить. Только не отходи от меня, лады?..
Облачаюсь в дождевик, застегиваю молнию доверху. Надеваю рюкзак на плечи и, попрыгав, чтобы пристроить его поудобнее, выхожу в прихожую. Там висит большущее зеркало в полный рост.
- Ну слава богу, - говорю облегченно.
Моя неказистая фигура маячит в зеркале со всеми своими недостатками, но никогда раньше я не была так рада себя видеть.
Стоящий рядом со мной Джек вдруг наклоняет голову и тихонько рычит. Я испуганно оглядываюсь – но сзади никого нет.
- Что слу… - начинаю, поворачиваясь обратно– и столбенею
В зеркале отражается дверной проем и часть комнаты. На полу, на бежевом ковре, сидит худенькая светловолосая девочка-подросток Оборачиваюсь – комната пуста. Снова смотрю в зеркало – там девочка. Одетая в белую не то ночнушку, не то комбинацию, она сидит в куче книг, газет и глянцевых журналов; схватив книгу, быстро пролистывает ее, отбрасывает, ловит вспорхнувшую газету, просматривает, швыряет через плечо, берет журнал, перевернутый вверх ногами, пробегает глазами первую страницу, бросает – и так без конца. Отраженная комната заставлена работающими телевизорами и музыкальными центрами; вокруг девочки разбросаны пульты, и она то и дело не глядя переключает каналы. Картинки в телевизорах меняются, но звука не слышно – только ветер.
Я приглядываюсь внимательней и вдруг вспоминаю….
- «Пропала девочка Лиза», - произношу вслух.
Услышав имя, она поднимает голову – и я отшатываюсь.
У нее лицо девяностолетней старухи.
- Кто там? – спрашивает Лиза сквозь ветер.
- Это я, - отвечаю растерянно.
- Кто «я»? А конкретней можно? – она вновь склоняется над книгами, достает из кучи толстый фолиант в кожаном переплете. Небрежно листает переписанные вручную страницы с красными буквицами. Второпях разрывает лист. Захлопывает книгу и сталкивает ее с колен.
- Ты же пропала, - говорю я.
- Никуда я не пропадала, - отзывается девочка-старушка. – Я все время сижу тут. Это все куда-то пропали.
- Ты привидение?
- Привидений не бывает, - отрубает Лиза и, взяв в обе руки по пульту, переключает каналы на двух телевизорах. На одном экране новости сменяются рекламой, на другом – ток-шоу ситкомом.
- Что ты делаешь? – спрашиваю я, придвигаясь к зеркалу поближе.
- Я ищу ответ, - буркает она, всем своим видом показывая, что ей не до меня.
- Какой ответ?
- На вопрос.
- На какой вопрос? – я решаю быть терпеливой.
- На самый главный.
- Кхм. Ага. Понятно. Ну и как, получается?
Лиза бросает на меня скептический взгляд из-под челки.
- Ты же видишь, что нет. Времени катастрофически не хватает. Нужно прочитать всю эту бесполезную кучу, и еще слушать, что по телевизору говорят.
- Но ты же не читаешь, ты просто просматриваешь - и все. Разве так можно что-нибудь найти?
- В этих книгах чересчур много лишнего, - жалуется она. – Какие-то люди, что-то говорят, что-то делают, куда-то идут…. Зачем было все это писать? Это же неинтересно. На свете должна быть только одна книга. С одной-единственной страницей. И там должен быть написан Ответ на Самый Главный Вопрос. Четко и конкретно. Вот и все.
- Лиза, - у меня начинает дергаться бровь. – Какой. Это. Вопрос?
Она смотрит на меня с нескрываемым презрением.
- Я же сказала. Самый Главный. Что здесь непонятного?
Я смотрю на ее поджатые ножки, сиротливо торчащие из-под подола. Я еще не определилась, что я испытываю – гнев или жалость.
- Лиза, - окликаю ее снова. – Ты понимаешь вообще, что ты в зеркале? Что город пуст?.. Ты что-нибудь помнишь про то, что случилось? Куда все жители подевались? Мне очень нужно знать, правда. Я ищу здешнего Короля.
- Здесь нет никакого Короля , - безапелляционно заявляет она. –Здесь ничего не случилось и никто никуда не девался. Что значит – я в зеркале? По-моему, это ты в зеркале. А следовательно, тебя здесь нет.