И она сама нанесла удар, который советник еле успел отбить. На его лице проступило некоторое удивление. Он поудобнее перехватил меч и нанес несколько ударов подряд. Девушка, продолжая мило улыбаться, парочку отразила, от остальных же просто и легко увернулась.
Я с интересом наблюдала за разворачивающимся действом. То, что моя подруга владеет оружием, не было для меня, в отличие от Виктора, откровением, но то, что она владеет им так мастерски, заставило удивиться. Хотя… Она же дочка главнокомандующего все-таки, а не простого пастуха.
Смотреть на девушку было одно удовольствие. Ее движения были грациозными и плавными, она как кошка перетекала из одной стойки в другую, распущенные волосы темным облаком развевались сзади, взгляд сосредоточенный и прямой, на губах играет насмешливая улыбка, щеки раскраснелись, глаза блестят. Меч птицей взвивался над головой. Она играючи уворачивалась от ударов Виктора, становившихся все сильнее и напористее, но сама нападать пока не особо спешила. Черт возьми, у Виктора, кажется, точно глаза не на том месте пришпандорены. Даже я засмотрелась, а он от нее нос воротит.
– Неплохо для защиты, – усмехнулся советник, когда Катерина отразила особо сложный выпад.
– Ты за своей не забывай следить, – ответила она, нанося какой-то особо хитрый удар.
Виктор лишь чудом не пропустил его. Похоже, он все-таки засмотрелся немного не туда. Поединок продолжился с новой силой. Теперь советник не был так уж уверен, что ему попалась легкая добыча, над неумелыми движениями которой можно только посмеяться. Вместо насмешки в его глазах появилось даже что-то отдаленно напоминающее восхищенное недоумение. Так ему и надо, а то повадился над всеми смеяться. Пусть знает наших. Не все девушки способны держать в руках только иголку с ниткой и вышивать крестиком, некоторые умеют из этого сделать и грозное оружие, а это куда опаснее.
– А что тут происходит? – раздался снизу любопытный голос.
Сенька устроился у моих ног и тоже с интересом стал наблюдать за дерущимися.
– Да вот учат некоторых держать в руках оружие, – ответила я.
– Ну и кто кого?
– Пока ничья, хотя я бы поставила на девушку, – усмехнулась я.
– Чисто из солидарности или чтобы досадить Виктору? – решил уточнить Сенька.
– У нее больше шансов.
Если только Виктор не страдает близорукостью в особо извращенной форме. Я бы уже на его месте давно сдалась и лежала у ее ног, а он продолжает делать вид, что ему все равно. Ну не глупец? Странные все-таки существа эти мужчины, вечно гоняются за призрачной мечтой, а то, что мелькает постоянно перед самым носом, в упор видеть не хотят, а потом еще имеют наглость жаловаться, какие они бедные и несчастные. Да ничего подобного! Не бедные, а глупые. И уж тем более не несчастные, а слепые на оба глаза, глухие на оба уха и совсем пропащие на всю голову. Я, конечно, не всех мужчин имею в виду, но большинство из них почему-то попадает под эту категорию.
Мы с Сенькой продолжили просмотр молча, думая каждый о своем: я – о Катеринином девичьем, он – о своем кошачьем.
– Знаешь, Ален, я, наверное, не поеду с вами в наши Забытки, – вдруг оторвал меня от созерцания поединка кот.
– Что ты сказал? – До меня даже не сразу дошел смысл сказанного. – Почему не поедешь? Как не поедешь? Ты что?
– Ну понимаешь… – Он замялся, не зная, как лучше объяснить мне причину своего странного поведения, чтобы меня проняло до глубины души и я не стала бы на него ругаться, что в последнее время происходило все чаще и чаще. – Дело в том, что… В общем, я…
– Ты толком можешь сказать, что случилось? – потеряла я терпение.
– Могу. Наверное. – Сенька переступил с лапы на лапу и, глубоко вздохнув, выпалил: – Я не могу бросить одних моих крошек!
– Кого?!
– Алена, ты же вроде взрослый человек, должна понимать такие вещи! – Он даже обиделся на мою недогадливость и посмотрел на меня с немым укором. – А еще замуж собралась…
– Ты уже успел здесь детьми обзавестись?! – До меня наконец стало доходить.
– Какими детьми?
– Сень, у кого из нас с головой плохо – у тебя или у меня?
– У тебя, – тут же ответил наглый кот. – Какие дети за такой короткий срок, ну сама посуди?
– Но ты же только что сказал…
Кот посмотрел на меня как на полоумную.
– В общем так. – Сенька почесал задней лапой за ухом. – Объясняю для тех, кто не понимает намеков. Я тут в соседней деревне пользуюсь большим авторитетом и положением в кошачьем обществе. Мне там парочка кошечек приглянулась сильно, я таких нигде не встречал. Красавицы, умницы, крысоловки отличные, чистоплотные. Они вроде отвечают мне взаимностью, но за свое счастье, как тебе должно быть известно, надо бороться. Не мне одному они нравятся. Местные коты со мной ни в какое сравнение не идут, конечно, но поддерживать репутацию единственного и неповторимого нужно постоянно. А если я сейчас уеду, то хана моему личному кошачьему счастью.
Я чуть не рассмеялась, честное слово. Сенька, оказывается, все это время ходил по бабам. Хотя, правильнее было бы сказать, по кошкам, но суть от этого не меняется. А я-то все думала: и где он шляется?
– Ты уверен, что поездка лишит тебя двух дам сердца сразу? – еле сдерживая улыбку, спросила я.
– Ты плохо знаешь кошачью психологию, – тяжело вздохнул меховой ловелас. – Тут нужен постоянный контроль и крепкая лапа.
– У людей то же самое, не переживай, – хмыкнула я. – Разница только в количестве конечностей.
– Так ты не обидишься, если я в этот раз не поеду? – И Сенька заискивающе заглянул мне в лицо. – Я потом обязательно. Я тоже домой хочу, но…
– Я не обижусь, Сень, – махнула я рукой. – Только другого раза, наверное, не будет.
– Как знать, как знать…
В том, что эта поездка будет первой и последней, я нисколько не сомневалась. С того самого дня, когда русалка Даяна появилась в озере княжеского замка и сообщила мне о том, что моего дома больше нет, я пыталась представить себе, как вернусь к развалинам своей избушки. Картины перед глазами вставали одна краше другой и радости мне не прибавляли, мне просто некуда было возвращаться, но само место, которое стало для меня, можно сказать, судьбоносным, тянуло к себе с поистине непреодолимой силой. И никакие способы забыть не помогали. Отсюда напрашивался вывод – надо увидеть все собственными глазами и убедиться окончательно, что меня в Расстании ничего не держит. Пусть будет больно и страшно, но я должна это сделать, душа требует. А потом…
Я перевела взгляд на сражающихся друзей, чтобы отвлечься от неприятных мыслей, которые и так в последнее время все чаще и чаще не давали мне покоя, а тут еще Сенька, гад такой, ехать не хочет. Поединок между тем почти закончился. Но как!
– Сеня, мы из-за тебя пропустили самое интересное, – обиженно высказала я коту свои претензии.
– А мне кажется, что самое интересное еще даже и не начиналось, – многозначительно ответил кот, глядя на Катерину, припертую мечом Виктора к дереву.
Они были так близко друг к другу, что еще немного и… Мы с Сенькой подались вперед в ожидании, даже дыхание затаили, но нашим надеждам не суждено было сбыться.
– Один-ноль в мою пользу, – тяжело дыша, сказал Виктор и убрал меч от груди девушки. Неплохо она его погоняла, молодчина.
– Ничего, мы еще посмотрим, на чьей поляне больше поганок вырастет, – фыркнула в ответ Катерина и, кинув ему свой меч, подошла к нам.
– Зачем ты ему сдалась? – возмутилась я, отдавая ей учебник. – У тебя были все шансы победить.
– Иногда нужно уметь проиграть, чтобы почувствовать вкус победы, – философски заметила она и направилась к замку, никого не дожидаясь.
Советник проводил ее задумчивым взглядом и вытер тыльной стороной ладони взмокший лоб.
– Виктор, я всегда знал, что ты крутой мужик, но драться с женщинами… это как-то не очень оригинально, – поддел молодого человека Сенька. – Женщин любить надо. Рассказать как?