— Яга? — Не дойдя несколько шагов, Кощей остановился как вкопанный. Лысая голова, покрытая старческими пятнами, преобразилась. Седые лохматые брови взметнулись к филиграни серебра, а голубые глаза расширились. Даже морщины на его лице расправились от удивления. — А ты чего здесь трёшься, лягушка-переросток? — Невзначай худая рука накрыла спинку стула Водяного. В воздухе уже растекался холод, покрывая карпа в тарелке льдистой корочкой. Водяной передёрнул плечами, вновь теряя мелких рыбок.
— Русалки полное озеро рыбаков назвали, пока тебя нет. Только что пролетал. — Равнодушный голос, лишённый и намёка на эмоции, и взгляд, сосредоточенный на своём маникюре с длинными ногтями.
— Что! — Водяной возмущённо забулькал и поспешил откланяться. Его водяная тропа покрылась льдом, поэтому, пробежав несколько шагов, мой несостоявшийся кавалер поскользнулся. Упав на живот, он продолжил свой путь, словно пингвин, удаляясь в сторону реки.
— Яга. То есть Ядвига. — Кощей устроился на освободившемся стуле и начал сверлить меня глазами. — Я очарован. — Щёки мои вдруг запылали, словно к открытой печи подошла. А, может, то самое давление? Или... да быть не может! Девичий румянец от смущения вернулся?
Барсик снова всё испортил: — У Кикиморы новое видео! Вот смеху-то! Русалки на болоте с масками зелёными сидят на лицах. А Водяной их сейчас по всему озеру ищет! — Кот закатился от смеха, стараясь прикрывать морду лапкой.
— Ядвига. Я по делу. — Кощей прочистил горло, поправил ворот бархатного пиджака и продолжил, будто и не услышал Барсика, — то есть сначала по делу, хотел... а теперь, уверен, что хочу позвать тебя на свидание. Хитра ты, Ядвига, красоту свою от меня прятала. Да только сердце у меня не из кости, его не обманешь. Свидание будет в моём замке. Думаю, тебе будет интересно взглянуть на то, что я храню в «том самом» ларце. — Кощей загадочно поиграл бровями, совершенно сбивая меня с толку.
— Ку? — Избушка не сдержала свой куриный нрав. Барсик так и застыл с лапой в воздухе, боясь спугнуть момент, а три змеиные головы выпустили искры, тут же принявшись тушить хвостом загоревшиеся травинки.
Глава 8. Замок Кощея
Если есть мужчина-загадка, то это Кощей. Он появился, когда солнышко чуть коснулось самой высокой ели. Верхом на Горыныче, словно принц на белом коне.
— Ядвига Леопольдовна, ягодка моя, прошу на борт. — он стоял на крыльце избушки и с горящими глазами протягивал букет из ромашек. Почему-то от них пахло палёным. Смутилась, приняла дар, всё ж потом в чай пригодится, прихватила с собой настойку на скорпионе, да вышла к Кощею.
В голове мелькнула мысль, что избушка не повернулась, о госте не известила, надо будет беседу с ней провести. Да только глянула на Курьи ножки, а они — во льду по колено!
— Это что же делается? Кощей? Избушку мою обижать удумал? — взъярилась и пошла в наступление.
— Сюрприз хотел устроить, не серчай, красавица моя. И можно просто Костик. — На сероватом лице Кощея проступил едва заметный румянец. — Идём, сегодня ты будешь первой женщиной, пролетевшей над луной, — звучало очень заманчиво. На ступе так высоко я не поднималась.
Кощей помог мне умоститься на спине трёхголового змея, галантно подпихнул за нижнюю часть сарафана и уселся позади, придерживая мою талию. Горыныч оглядывался, поочерёдно загибая назад свои головы.
— Поехали! — Стоило Кощею отдать команду к взлёту и хлопнуть друга по спине, как мощные крылья взмахнули и понесли нас в небо пущенной стрелой. Кажется, у меня даже щёки развевались от скорости.
Набрав высоту, Горыныч полетел тише, давая нам возможность прийти в себя. Далеко внизу расстилались цветочные долины, зелёные ленты лугов и белые верхушки рек. Зеркальные пятна озёр напоминали капли, а непролазные леса казались нарисованными.
— Наш полёт проходит на высоте восемь километров над землёй. Справа от вас Уральские горы, слева Сибирские, впереди, сзади, и вообще повсюду — родная Русь, — головы Горыныча по очереди комментировали происходящее.
Или руки от ветра заледенели, слёзы застыли в глазах льдинками, да и в целом, я поняла, что такая высота не для меня. Кощей, заметив моё оцепенение, подал другу знак снижаться.
Хорошо, что губы не могли шевелиться, а то захотелось потребовать жалобную книгу. Вот, а Барсик ещё всё утро со мной просился. Обиделся жутко, что без него полечу на свидание.
— Ягодка, ты предпочитаешь барашка или кабанчика? — Внизу показалась отара овец. Словно невесомые шерстяные облачка, они метались по поляне, ища укрытия. Одна из голов Горыныча выпустила пламя, а когтистая лапа подхватила зажаренную, румяную тушку.