— По какому делу?
— По личному.
— С такими ответами я не уверен, что тебе нужна моя помощь.
— Ещё как нужна, — не смутился Алек. — Но подробностей не расскажу. Это только между мной и твоим отцом. И лучше, если ты забудешь об этом сразу, как устроишь нам встречу.
— А если я откажусь?
— Надеюсь, не откажешься, — Алек пожал плечами. Его прямота заставила Свята почувствовать себя говнюком. Его просят о чём-то, а он ломается.
— Ладно. Постараюсь.
— Спасибо. И никому — понял?
— Понял, понял, — Свят закатил глаза и, не прощаясь, вышел из кабинета.
Алек выдохнул. Он планировал эту беседу, но не ожидал, что она состоится так скоро. Теперь осталось дождаться встречи с Игорем… Если у Алека больше нет рычагов в Ковене — у Игоря они точно имеются. Нужно попробовать — хотя бы попробовать! — завербовать его… Да, это был бы отличный выход. Что уж говорить — если Игорь Колдунов выберет их сторону, они в разы увеличат шансы на победу.
Алек посмотрел на руку. Одного кольца не хватало — оно лежало дома, в кабинете, передавало данные на ноутбук. Наличие имени Лины в загадочных тетрадях Верховного — достаточно весомое доказательство. По крайней мере Игорь задумается, стоит ли ему и дальше служить Ковену.
Игорь ведь любил сестру — сильно. Всегда выгораживал, заступался за неё перед Верховным, никогда не обижал, не ругал, хотя их взгляды в корне отличались. Если Игорь узнает, что Верховный виновен в её смерти… это его уничтожит, да, но и откроет глаза.
На последнее Алек очень надеялся.
Зазвонил телефон. Олег.
— Да?
— У тебя сейчас пара?
— Окно.
— Приходи, надо обсудить расписание Морены. Ты знаешь, что она владеет Словом?
— Не знал…
— Заря рассказал, говорит, уже было несколько прецедентов.
— А невербальное колдовство? Как у Кощеев?
— Не знаю. Наверняка да. Ну, я надеюсь. Короче, приходи. И надо решить, что делать с твоей отставкой. Ты уже написал заявление?
— Уже и отправил. Чувствую, меня пошлют к чёрту. Сегодня с утра десять пропущенных от шефа, пойду туда после пар.
— Уверен, есть выход, я посмотрю в уставах. Были же те, кто увольнялся из инквизиции, точно были…
— Я таких не знаю. Если только отставка в связи с травмой или по старости.
— Хм…
— Давай без этих загадочных вздохов, травмировать меня не надо, а до старости ещё далеко.
— Да я ничего… В общем, жду. С этим разберёмся.
Беломор сбросил вызов.
Алек закрыл дверь и поплёлся в ректорский кабинет. Вспомнились студенческие годы, когда он точно этими же путями, придумывая оправдания, шёл за очередным наказанием.
Именно у ректора он познакомился с Линой, на первом курсе, когда их ещё не разделили на тройки.
Он, как всегда уверенно, пошёл к кабинету ректора, собирался было уже постучаться, как его остановили лёгким пинком по ботинку:
— Тут очередь, — проговорила девушка, тоже первокурсница, и снова закинула ноги на соседние сидения. Алек и не заметил её поначалу.
— Ладно, — не стал спорить, вытащил платок и, наклонившись, протёр обувь.
— Там даже следа не было! — возмутилась.
— Был, — Алек выразительно посмотрел на занятые ногами сидения. Вид девушки вызывал некоторое раздражение — без пиджака, рубашка расстёгнута, из-за чего жабо висит бесформенной кучей, под рубашкой — футболка с какими-то надписями, юбка слишком укорочена, а на ногах высоченные идиотичекого вида гетры, которые совсем не сочетаются с классическими лоферами.
— Что? — не поняла молчаливого намёка Лина.
— Сесть хочу.
— Так и сказал бы, — она убрала ноги. — Не видела тебя тут раньше. Первый раз за наказанием?
— А к ректору — только за наказанием?
— А зачем ещё? Так что?
— И ты прямо-таки тут каждый день, чтобы судить — бывал я тут, или нет?
— Не каждый, но через день — стабильно. Ты Минин? — она окинула Алека внимательным взглядом.
— Просто Алек, — он поморщился.
— А-а, ну да-ну да, слышала. Просто Алек, — она фыркнула.
— Что?
— Ничего.
— Тебя что-то рассмешило?
— Нет, — она невозмутимо пожала плечами. — Я, кстати, Лина. Колдунова, — Лина внимательно посмотрела на Алека, ожидая реакции.
— А-а, — передразнил её Алек, — ну да-ну да.
— Слышал обо мне? — удивилась Лина. Алек пожал плечами. — И что? Что-то хорошее?
Алек промолчал.
— Слушай, а ты не слишком молод для КолдИна?
— Нет.
— Ты не пойми неправильно, но тебе явно меньше двадцати.
Алек закатил глаза. Всё же слухи не врут — Лина Колдунова крайне странная особа. Не удивительно, что до этого дня он её не встречал — таких обычно из дома не выпускают, во избежание.