— Ты такой же зануда, как моя бабка, — фыркнул Тёмыч. — Вообще в юмор не въезжаешь.
— Тупой у тебя юмор.
Тёмыч выматерился и вышел из кухни. Юрку трясло. Поскорее бы они свалили и оставили его одного. Стыдно было перед соседями. Поедут на погост к родственникам, увидят перекошенный крест (может, и не один), и сразу на Юрку подумают. Как потом в глаза им смотреть? Парень решил сходить на погост прямо сегодня и навести там порядок, насколько это возможно.
И больше никогда не приглашать друзей в деревню.
Молодые люди позавтракали остатками вчерашней трапезы и начали собираться. Серега волновался по поводу предстоящей езды. Вчера они все знатно напились, и алкоголь еще не выветрился, а Тёмыч и вовсе добавил с утра. Попадутся гаишникам — простым штрафом не отделаются.
— Может, задержимся на денек? — предложил Серега. — Завтра поедем.
— Не, мне домой надо, — отрезал Тёмыч. — Завтра на работу.
— Блин, я серьезно! Если нас тормознут?
— Не тормознут.
— Тёмыч...
— Чё? — Тот положил на тарелку надкушенный ролл. — Если хочешь, оставайся, только потом домой на попутках поедешь. Мы за тобой возвращаться не будем.
— Тебе что, западло посидеть тут еще денек? — возмутился друг.
Артем бросил испепеляющий взгляд на Юрку.
— Западло, — ответил он и вернулся к роллу.
Впервые за все время, что знаком с Тёмычем, Юрка смотрел на него с презрением. Словно перед ним сидел совсем другой, неприятный человек с лицом лучшего друга. Парню вдруг захотелось, чтобы вся компания исчезла сиюминутно и больше никогда не появлялась в его жизни. Уже бывшие друзья продолжали обсуждать поднятую тему, а Юрка кипел от негодования. Никому даже в голову не пришло спросить его, согласен ли он предоставить ночлег еще на одну ночь. Нет уж, проваливайте! Ночуйте, где угодно, только не здесь. Злые мысли терзали Юрку и он постоянно поглядывал на часы в телефоне, дожидаясь, пока друзья уедут.
.
После завтрака компания засобиралась домой. Сухо попрощавшись с Юркой, молодежь расселась по машинам, загудели моторы. Гришка, тявкнув пару раз, вернулся в конуру, а Юрка, глядя вслед отъезжающим автомобилям, чувствовал, как на сердце становится легче. Он забудет случившееся и продолжит жить дальше — так, как хотел. Никто не сломает ему эту жизнь.
Но сначала надо прибрать за друзьями, и не только в доме.
Наведя порядок на кухне, Юрка переоделся и вышел на крыльцо. В наушниках играла музыка, а в рюкзаке лежали предметы, которые могли пригодиться: моющее средство и две новых тряпки, маленькая лопатка, рулон пакетов для мусора. Вчера было темно. Неизвестно, что они еще там натворили. Может, весь погост загадили. Сейчас Юрка все быстренько уберет, вернет крест на место и сделает вид, что ничего не случилось.
У Мартыновых из шестого дома громко лаяла собака.
Юрка бы не услышал, если бы в глаза не бросилась группа пожилых людей, столпившаяся во дворе маленького дома с неровно отштукатуренными стенами и облезшим от старости фронтоном. Повесив наушники на шею, Юрка с любопытством присмотрелся. Стояла там и чета Гордеевых. Тетя Маша охала и причитала в разговоре с соседкой, чьего имени Юрка не знал.
С одной стороны, это не его дело. В городе он бы, наверное, пошел по своим делам, но здесь парня подмывало подойти и узнать, что случилось и почему такое столпотворение с утра. Умер кто-то? Или заболел?
Неприятный холодок пробежал по телу, и Юрка направился в сторону шестого дома. Подойдя, вошел во двор сквозь распахнутую калитку и приблизился к знакомому соседу.
— Здрасьте, дядь Миш. А что случилось?
Дядя Миша повернулся к нему с угрюмым видом. В зубах у мужчины тлела сигарета без фильтра.
— Да кто-то поросят мартыновских порезал, — сказал он. — Всех, до единого.
— Что?! — опешил Юрка. — Как это?
— Да вот так. Пошла Ритка с утра свиней кормить и наткнулась на такую картину: пять поросят, все в кровище, по свинарнику разбросаны, а свиноматка перепуганная в углу сидит.
— Жуть какая, — поежился Юрка. — Люди, что ли, такое устроили?
— Да, черт их знает! — махнул рукой дядя Миша. — Ждем участкового. Пусть разбирается.