— Почему я вам помогаю?
— Да.
— Потому что разрозненному анархическому союзу вольных Левобережных городов очень не по нутру придётся от близкого соседства с бурно растущей и развивающейся молодой хищной и, что немаловажно, монолитной империей князей Подгорных у себя под боком. Увы, это так. Перспективы для нас самые не радужные.
А вы, молодая баронесса Изабелла де Вехтор, очень весомый фактор, чтобы такая беспокойная личность как княжна больше занималась лично вами, чем делами своей будущей Империи. Да и с монолитностью, от одного лишь факта вашего существования не всё там ладно получается. И такое наше к вам повышенное внимание не вчера началось, и не завтра закончится.
Я ответил на ваш вопрос?
— Более чем.
— Тогда я пошёл, — кивнул тот на прощанье, стоя уже в дверях. — Мне надо торопиться на встречу с посредником. И так я задержался на лишнюю пару дней. Хоть оно того и стоило.
Если ещё что будет надо, обращайтесь, душенька, — расплылся он в довольной наглой ухмылке. — За ваши деньги, любые ваши прихоти.
Изобразив на лице дежурную улыбку, отдалённо напоминающую оскал волка, Ведун поклонился и молча вышел, аккуратно прикрыв за собой дверь.
После его ухода, Белла ещё долго молча сидела, задумчиво глядя в стену напротив.
— И всё же, братец лис, много он нам так и не сказал, — медленно проговорила она, внимательно глядя на профессора. — Очень многого. В частности, в чём же истинная причина того, что свадьба отложена на столь продолжительный срок. Да и знает ли он сам это. А если знает, то почему молчит?
В какие ещё свои игры ты играешь, друг ты наш Иван Языков?
Понимаете, профессор, уж слишком хорошо я знаю Лидку Подгорную, свою подругу детства, чтобы понимать одну простую вещь. Создание новой имперской короны, на которую должны будут пойти наши изумруды, и в дополнение к ней создание имперских регалий, никак не могут быть истинной причиной откладывания свадьбы, да ещё на столь долгий срок. Причина должна быть иной и очень весома, чтобы ради неё отложили дело, которому князья Подгорные служили несколько поколений. И ради которого пролили моря крови. Как чужой, так и своей.
Думается мне, что ответ на это вопрос будет главным вопросом этой свадьбы.
Мы просто обязаны быть на ней, — тихо проговорила Белла, задумчиво глядя перед собой остановившимся рассеянным взглядом. — И обязаны узнать тайну Лидии. Возможно, это будет важным. Впрочем, в политике нет ничего не важного…
Пришедшее следом после отбытия Ведуна личное письмо баронессе Изабелле де Вехтор от княжны Лидии Подгорной, и известием о том, что первоначально назначенная на первое мая свадьба откладывается на середину осени, на первое жовтня, то есть на первое октября по земному календарю, лишь подтвердило то, что и так уже она знала.
Но что странно, ни извиняться, ни объяснять причин подобного значительного сдвига совсем нерядового события, никто и не собирался. Чем ввергло Изабеллу в нешуточные размышления.
И что теперь было делать с образовавшимся вдруг неожиданно свободным временем, было совершенно непонятно.
Но разгребать эту кучу внезапно навалившихся проблем с неопределённостью, Белла начала с визита в Скальный кабинет к Корнею.
Рабочий кабинет Сидора в пещерах Райской Долины после его отъезда оказался плотно оккупирован Корнеем с его бандой егерей, воспользовавшихся временным отсутствием хозяина и по достоинству оценившим собранный там, на большом столе подробный макет территории всего Ключёвского Края, и даже кое-какие прилегающие к нему территории.
Поэтому, если уж где было и встречаться всем для серьёзного разговора, то для Беллы в Долине самое удобное место. Можно было не только с друзьями обо всём переговорить, но заодно и уточнить на макете свои новые появившиеся мысли и предположения.
Впрочем, она в очередной раз совсем забыла, с кем имеет дело. Если Корнея что и интересовало, то касалось это исключительно той области, в которой тот был спец. Остальное он просто отбрасывал, как мешающее сосредоточится и несущественное.
Но что уж касалось его интересов, выполнялось всё безукоризненно.
И бесполезно было с ним ругаться. Он был такой, какой есть, и его уже было не переделать.
Раньше всех с утра заявившись в Долину, Белла первым делом направилась в кабинет Сидора к макету и надолго застряла перед ним, рассматривая тщательно вылепленный из глины и раскрашенный рельеф, старательно разбираясь в налепленных по всему макету непонятных значках и едва видных из-за мелкоты надписях с сокращениями.