Бароны внимательно следят за нашим заводом в Кязиме, на котором можно было бы легко наладить производство солярной и серной кислот. И нам тут же дадут по рукам, как только мы соберёмся переправить что-либо на Левобережье.
Производи, пожалуйста. Но всю кислоту будь любезен продавать на западе, или в устьевых княжествах.
И мимо любопытного глаза Басанрога муха не пролетит. И наличие собственного подземного туннеля тут ничего не меняет. Сразу заметят, что производить то мы производим, а вот потом куда всё девается — неизвестно.
А конфликт нам не нужен. Только ещё там нам не хватало со всеми разругаться, как будто мало нам местных идиотов.
И продажами в самом Приморье ничего не прикроешь. Там такие большие объёмы просто никому не нужны. И пока мы там, на Басанроге эту проблему не решим, так и будем бесконечно хитрить и изворачиваться.
И самый простейший выход на настоящий момент — купить кислоты на Западе, в Береговом Союзе или в Северо-Западном Герцогстве. Потом морем тайно, контрабандой доставить её в Солёный Плёс и тайно, или под видом бензина, привезти сюда к нам.
Кстати, мой Советник уже закупил на Западе чуть ли не целую морскую лодью с кислотами, которая как раз к этому времени должна быть уже в Плёсе. И если всё пройдёт хорошо, то следом сразу последует и ещё одна, и ещё. Сколько надо — столько будет, только плати. А у нас с доставкой ещё конь не валялся.
— А в устье Лонгары, на нашем речном торговом пути, у нас плотно сидит Устьевое княжество князей Устьинских, — задумчиво проговорила Маша. — У которых как раз и есть собственное производство боеприпасов к огнестрелам, которыми пытаются столь навязчиво торговать наши бароны с Басанрога. И все они категорически не заинтересованы в попадании к нам сюда стратегического сырья.
— Умничка, — грустно улыбнулась Белла.
— Понятно, — хмыкнула Машка. — А я-то всё голову ломала, куда им столько бензовозов, словно бензином собрались в Приморье торговать. Думала, может это вы собирались оставлять запас на стоянках для наших пневматических пулемётов, что работают от бензиновых движков. А оно вона что.
— Кстати — это мысль, — бросила на Машку короткий взгляд Белла. — Было бы в тех краях машин побольше, можно было бы и торговлю бензином там развернуть. Вот в этом ключе, Колькин автопробег нам просто кровь из носу нужен.
— Кстати о солярке, — перебила её Маша. — Не думала остановиться на чём-нибудь одном. Или-или.
— Не до жиру, — мрачно буркнула Белла. — Так как к нам попадают эти старые грузовики, нам не остаётся выбора. Что случайно пришло, то и есть.
Ты, кажется, забыла, что все эти машины со свалок подобраны и на соплях собраны. Пытаюсь положение исправить, да пока плохо выходит. Запчасти очень дороги, да и мало их. Многого просто нет.
— Кстати, а парни не проболтаются? Стоит, кому то лишнее сболтнуть, так чужие быстро два и два сложат
— Не будут языки за зубами держать, премию не получат. Ни сейчас, ни потом денег им не видать, — мрачно ухмыльнулась Белла. — А премия такова, что иным путём им вовек не получить таких денег. Это, во-первых.
Ну а во-вторых, кто может проболтаться, знает, чем лично для него это кончится. Стальной болт в голове — трудно усваиваемая для организма пища. Так что, говорунов там нет.
— Э, подожди. А сколько же они тогда привезут?
— Сколько ни привезут, всё хлеб. Десять тонн — хорошо. Двенадцать — ещё лучше. А дальше — как повезёт. Засветимся, ещё что-нибудь ещё новенькое придумаем. Контрабанда дело такое — живое и бурно развивающееся, — грустно пошутила Белла.
— А Советник твой сколько кислоты заказал?
— Говорил, что у него чуть ли не целый корабль под перевоз бутылей с кислотой был зафрахтован, — пожала Белла плечами. — Но, где он сейчас — никто не знает. Как из порта после погрузки два месяца назад вышел, так и пропал. Если в ближайший месяц не появится, будем считать, что потонул или утопили пираты. Или в руки Устьинских князей попал. А это, четыреста тонн азотной кислоты.
А вот придёт он завтра в Плёс, — чуть наклонилась к уху Маши Белла. — И чего? Как ты будешь вывозить оттуда кислоту? Да никак.
Как только заметят бутыли, в которых эту кислоту обычно и перевозят, так сразу слушок пойдёт. И нам тут же крышка. За нас так бароны с перевала возьмутся, что никакие наши умения воевать нам уже не помогут. Всегда есть грань, после которой война экономически невыгодна.
А если у нас есть такие вот «бензовозы», то в глухой бухте слил кислоту в него, бутыли притопил, или обратно вернул, и отпустил корабль в следующий рейс. А дальше на тебя внимания никто и не обращает. К этому времени бензовозы уже должны на дорогах Приморья примелькаться.