А ящеры чего, не знают про это болото? — раздражённый Васька попытался было увести разговор в сторону.
— Почему не знают, знают, — равнодушно покосился на него кузнец. — Только ничего сделать не могут. Их мало, нас мало, болото большое. Это для вашего броневика дорога одна, а пёхом — тысячи. Что летом, что зимой. Пока они на одном краю, мы на другом. Они ждут на одной дороге, мы на другой. Так и играем в прятки друг с другом уж сколько лет. Пока перевес на нашей стороне. Оттого, наверное, они к нам больше и не лезут. Надоело, наверное.
А после прошлой осени, вообще присмирели. Рядом с деревней пройдёшь, только посмотрят вслед и больше не лезут. Запугали вы их больно.
Не знаю, — остановился он, вытереть пот с лица. — Может ваш Сидор с Корнеем и правы, что такую резню средь подгорных на границе устроили. После прошлой осени здесь намного спокойнее стало. Да и народ с хуторов, видя такое дело, назад потянулся. Возвращаются помалу до дому.
Гвоздевы вернулись, Хомяковы, Патлатовы. Да и наши многие землю на хуторах своих в этих краях заново подымать стали. А не так как раньше, наскоком и абы как, и тут же бегом отсюда. Потом, в конце лета зерно поспешно собрал, что успел, вывез, что смог, и на всю зиму застрял в городе, в бараках. Этой зимой многие по своим домам остались.
Так как вы вывозить свои машины собрались?
— Достал уже. Увидишь, — устало отмахнулся Васька. — Надо сперва место ваше внимательно посмотреть, а потом уж что-то думать. А то вас послушаешь, так там одни молочные реки с кисельными берегами. Всего, мол, полно, бери — не хочу. А как до дела, так вот даже Кур Белый второй месяц бьётся и не может восстановить наши машины, хотя, обещался сделать всё за десять дней.
Только деньги сосёт, стервец. С каждым днём всё больше и больше. А карман у меня не бездонный.
— Наглые вы, — хмыкнул Мыкола. — Думаешь это легко, машину из ничего собрать? Тяп-ляп и готово? Ничего же нет. Пока найдёшь или сделаешь какую мелочь, годы пройдут. Одна резина на колёса чего стоит. Хорошо, что ваша компания каучук бесплатно выделила. А то бы так и стояли машины разутые.
— Хоть шинники заработали, — сердито пробормотал он.
— А чего тогда брались? Чего тогда мы вообще сюда прёмся? — неожиданно подал злой голос незаметно подошедшего к ним Кольки. — Не проще было нам самим тогда пешком на юг податься? Всё ни от кого не зависеть.
Который месяц одно и то ж. То одного нет, то другого, то третьего. И всё откладываем, откладываем, откладываем выход. То Кур никак не может закончить с нашими машинами, то у Стального чего-то не хватает, то теперь и Галка захотела себе ещё грузовиков до кучи прикупить. Мало ей того хлама что уже есть. Решила ещё и товара разного с собой для торговли прихватить. Чтоб поездочка её окупилась.
Мы что, торговать туда собрались? Нет! Но выход, ещё дальше отложился.
Лето уж кончилось, а мы всё топчемся на одном месте. Может пора остановиться с этой подготовкой и просто пойти туда, куда собрались? Может плюнуть на эти машины, взять пару лошадей, броневик и гайда на юг?
— Май ещё не кончился, а у вас лето прошло, — понимающе хмыкнул кузнец. — Что у этого с попрыгушками и кострами, — насмешливо кивнул он на Ваську. — Что у тебя, Ромео. Лубофф, понимаю.
— Лошадей никто нам не даст, — тяжело вздохнув, сердито покосился на кузнеца Васька. — И броневики тоже никто нам не даст. Броневики все расписаны поимённо и каждый при своём деле. Этот-то с огромным трудом выпросил.
Так что, если мы и можем на чём сразу отправляться, то только на своих двоих. А на своих ногах мы как раз через полгода там и будем. Если вообще дойдём. В чём я лично серьёзно сомневаюсь.
— Правильно сомневаешься, — кивнул кузнец. — Были и у нас такие вот умники, как ты, Колька. Ещё задолго до известного вам приключений Дюжего на скалах.
Сходили как-то раз такие же умники в Приморье, пешком через горы. Одни и без серьёзной силы за собой. Пятеро их было, а может и шестеро, сейчас не упомнишь. Только их и видели, как из города вышли.
Последнего, единственно выжившего, так вообще из рабства выкупать пришлось. Аж из Устьинского княжества через год весточка дошла, чтоб выкуп прислали. От него то и узнали в деталях, что дальше предгорий парни не ушли. Горцы их повязали и в рабство продали.
Ладно, хватит трепаться, — раздражённо проворчал кузнец. — Лучше по сторонам больше смотрите. А то на одну свою Синьку всё наблюдение свалили, а сами балбесничаете. Глядите лучше по сторонам, шкуры целее будут.
— Слышь, Тихон, ты оказывается, балбесничаешь?
Словно только сейчас заметив тихо бредущего рядом большого бурого медведя, неугомонный Васька сразу же переключился на него.