— Вечер уже, — тяжело вздохнул Васька. — Завтра, Галочка, всё завтра. Как солнышко встанет, так и решать будем.
— Вот значит зачем, ты голубя сегодня днём выпустил, — задумчиво констатировала глядя на него Галка. — Значит, завтра? — понятливо хмыкнула она. — Ладно. Будем посмотреть.
Завтра в полдень случилось то, за что кузнец чуть было там же на месте не набил Ваське морду. С утра тот натаскал к отрядному костровищу большую охапку сырой травы, и, запалив большой костёр, не думая о последствиях, бросил траву туда. Поднявшийся высоко в небо столб густого белого дыма чётко указал место, где они сейчас находились. Идиот!
Впрочем, бить морду этому шкету было поздно. Всё что можно было сделать плохого — тот уже сделал. Место, где они встали лагерем — выдал.
— И что мне с тобой делать теперь? — обречённо спросил Ржавка у невозмутимо стоявшего рядом с затоптанным костровищем стервеца. — Убивать — поздно. Но ты хоть понимаешь, что своим сигнальным столбом ты нас всех здесь выдал? Если ещё вчера можно было отсюда спокойно уйти, даже с добычей, то теперь уже не получится. Все окрестные племена ящеров знают, где мы здесь на этих возвышенностях сидим. И покою теперь нам не будет. Нам? — задумчиво хмыкнул кузнец. — Вам, сударь! Вам!
— А пулемёт на что?
— Дурак ты Васька, — обречённо сплюнул на землю кузнец. — Такой же дурак, как и дружок твой, Колька. Захотелось в войнушку поиграть, пар из задницы не вышел ещё, так предупредили бы сразу. Я б тогда с вами сюда вообще не пошёл, с самоубийцами.
А теперь не знаю, что и делать? — в полной растерянности развёл он руками, не зная, как и реагировать на столь вопиющую глупость.
— Чего тут знать, — равнодушно отозвался Васька. — Утро вечера мудренее. Завтра с утра начнём подготовку к вытаскиванию монстров. А если ящеры набегут — мы их пулемётом покрошим. Вроде помешать не должны.
— Был всю жизнь дураком, дураком и помрёшь. Дать бы тебе по шее, — обречённо проговорил кузнец. — Да вырос уже, поздно. Таких дураков, не учить, таких убивать надо, сразу, ещё в колыбели. Чтоб умных вслед за собой в могилу потом не тянули.
В общем, так парни, — обвёл он всё собравшееся возле костра руководство поискового отряда угрюмым, злым взглядом. — И девчата, — остановил он взгляд на Галке и пристроившейся рядом с ней притихшей Синьке. — Вот вам моё окончательное и бесповоротное решение. Всё, игрища кончились. Здесь вам не место. Здесь не ваши озёра, где вы творите всё что пожелаете. Здесь земли пограничные, к равнинным племенам людоедов близкие. Здесь ваша безалаберность не пройдёт.
— Ой, ли?
— Не собираюсь, Васька, с тобой спорить. Завтра к вечеру здесь будут сотни людоедов, и нам отсюда уже будет не выбраться. Оставаться навеки под этими мхами из-за одного сопляка, я не намерен. Поэтому утром собираемся и уходим. И будем считать, что на этом наши отношения кончились.
— А как же десять халявных машин? — хмуро полюбопытствовала Галка.
— Не свезло тебе Галочка, — криво усмехнулся кузнец. — Нет, у тебя времени их добыть, завтра рано утром уходим отсюда.
— Мы остаёмся, — холодно улыбнулась Галина. — А ты можешь идти, куда угодно. Хоть направо, хоть налево, хоть вообще на…й. Никто тебя не держит.
— Так значит, — задумался кузнец. — Хорошо. Так и решим. Утром я ухожу, а вы оставайтесь. Может быть вы и правы, людоедам тоже кушать надо. Пищевая цепочка не должна прерываться.
На что хоть надеетесь? На пулемёт свой? Напрасно. У пулемёта вашего пули быстро кончатся, а достать вам их здесь неоткуда. На мишку своего клэшэногого? Так в своих землях ящеры их подчистую вывели, так что средства борьбы с ними у них есть. Советую вам поберечь его шкуру, но, не настаиваю. Дураков учить — только портить.
Если утром кто со мной соберётся — гнать не буду, — бросил он напоследок, резко подымаясь с бревна, что во множестве валялись возле костра.
Ещё раз, бросив хмурый взгляд на собравшуюся у костра компанию, обречённо махнул рукой и молча скрылся в своей палатке.
— Та-а-ак, — спустя какое-то время Галка первой нарушила воцарившееся у костра тягостное молчание. — Тебе, Васечка, придётся многое нам объяснить,
— Давай, завтра. Устал как собака, — виновато улыбнулся Васька. — Ей, Богу, полдень уже, время уходит, а мы за всё утро так ничего и не сделали. Даже не поныряли лишний раз. Только с дятлом этим ругались. А завтра я вам всё объясню. Предметно.
— Хорошо, — холодно отозвалась Галка. — Утром поговорим. А сейчас иди, ныряй. Глядишь чего нужного и надыбаешь.
Утро началось не самым лучшим образом. Яркое солнце, чистое голубое небо и громыхание быстро приближающейся откуда-то с запада грозы.