— Кто тут вспоминал меня всуе?
— Профессор, — расплылась в радостной улыбке Маша. — Вас то мне и надо. Пойдёмте на кухню, поможете.
— А ты останься! — ткнула она в Беллу указательным пальцем. — Для тебя это будет сюрприз.
Через полчаса какой-то непонятной возни на кухне, Маша с профессором появились в дверях кухни перед истомившейся ожиданием Беллой, с таинственными улыбками на лице и пряча за спиной что-то громоздкое, что прикрытым мешковиной боком всё же слегка выпирало из-за их спин.
— Вуаля!
Ловко извлечённый из-за спины какой-то предмет под мешковиной был торжественно продемонстрирован истомившейся Белле.
— Что? — недоумевающая Белла непонимающе смотрела на что-то круглое, что с трудом держали перед собой в воздухе профессор с Машей.
— Вуаля, дубль два, — замешкавшаяся Маша всё же сдёрнула покрывало с того что было под ним.
— Что? — ещё более непонимающе переспросила Белла. — Что это такое?
— Воздушный шар! — торжественно провозгласила Маша. — Воздушный шар, накачанный паром из чайника.
— Точно такие же шары можно нагнетать подогретым воздухом из газовой горелки и свободно летать по воздуху.
Даёшь Лёшке на завод заявку. А сделать нашим парням такую горелку — раз плюнуть. Горючий газ у нас есть свой. Остался от нефтепереработки. Пропитать растительным каучуком шёлковую ткань, чтоб не пропускала воздух — тоже пара пустяков. Каучука у нас — полно. Ткани той в продаже — полно. Я узнавала. Плати только деньги и через месяц будет. Сколько скажешь — столько и привезут, хоть на один шар, хоть на десять. Только гони бабки и всё тебе будет.
— А зачем? — непонимающе уставилась на подругу Белла. — Зачем нам шар?
Я в воздух совершенно не горю желанием подниматься. Эка невидаль, — поморщилась она. — Если хотела сделать сюрприз, то для начала тебе не мешало бы знать, что воздушные шары вещь всем хорошо известная. Раньше, ещё когда мы жили в своём замке, подобные полёты на шарах нам часто устраивали заезжие клоуны. То есть циркачи, — мгновенно поправилась она, заметив лёгкую тень, пробежавшую по лицу Маши. — Они то и предлагали за деньги подняться в воздух.
Извини, Маша, — сердито отвернулась она, — но я своё отлетала. Раз и навсегда налеталась за один раз и больше что-то не тянет. Как вспомню оборвавшийся канат этих придурков, что привязывал шар к земле, и как меня понесло вверх, так сразу дурно становится.
Хорошо что у отца лучники хорошие оказались. Мигом нашпиговали шар стрелами, он и сдулся. Как я тогда грохнулась об землю, — покачала она головой. — Уй! До сих пор страшно вспомнить. Полгода потом переломы залечивала. И вообще еле жива осталась.
Так что убери подальше от меня эту гадость и больше не показывай, — сердито махнула она рукой на Машку.
— Фигня! — ухмыльнулась та. — Ты ничего не поняла. Это я тебе показываю не воздушный шар, а принцип. Принцип полёта на аппаратах тяжелее воздуха.
Поясняю, — пристроилась она рядом с подругой за столом.
Шар, как выполнивший своё предназначение ненужный предмет, она небрежно отбросила в сторону. Не удерживая больше никем, он медленно поднялся к потолку и там застыл, слегка покачиваясь на лёгком сквозняке, тянущимся со стороны полуоткрытой входной двери.
Заметив непорядок, Маша решительно встала и захлопнула дверь
— Вот так-то лучше будет, — непонятно как-то проговорила она, возвращаясь обратно.
Слушай сюда, подруга, — плюхнулась она на стул за обеденным столом.
Профессор, — тут же повернулась Маша к сидящему рядом старичку. — Ну, вы всё поняли. Мы с вами обо всём договорились.
Дождавшись молчаливого ответного кивка от занятого утренним завтраком профессора, она снова повернулась к Белле.
— Итак, продолжаем разговор.
Ты своего Сидора хочешь видеть чаще? — замерла она, словно удав уставившись в зрачки Беллы.
— Ну? — неопределённо как-то отозвалась та.
— Не ну, а хочешь или нет?
— Ну хочу.
— А без ну!
— Хочу! — рявкнула на неё рассерженная Изабелла, которой уже порядком надоели и неурочный утренний Машкин визит, и вечные эти её недомолвки. — Хочу! И что?
— Так это можно легко сделать, — ухмыльнулась в ответ та, довольная полученным результатом. — Сутки, двое полёта на воздушном шаре и ты на берегу тёплого синего моря. Купаешься и загораешь в собственное удовольствие. Ну и лямур-тужур, абажур, соответственно. Класс!
Правда, — ухмыльнулась она насмешливо. — Вылетит это нам в хорошую копеечку, но сделать можно.
— Как? — тонкие изящные брови Беллы высоко поднялись и на Машу изумлённо глядела теперь совершенно сбитая с толку молодая женщина. — Да он же неуправляем!