— Ди-ри-жабль, — по слогам, медленно проговорила Маша. — Ди-ри-жабль, — ещё тише повторила она. — Сутки, двое, и ты в объятиях супруга.
И близко-близко наклонившись к Белле, едва слышно шепнула она в мгновенно густо покрасневшее ушко.
— И никакого недотраха. Гарантирую.
— А, э, кх-м, — послышался сдавленный кашель из-за стола. — Извините, девочки…
Старый профессор весёлыми смеющимися глазами смотрел на красную, буквально пунцовую от стыда Беллу, и довольный увиденной картиной, повернулся к Маше.
— Маша, это единственная причина по которой ты вспомнила про дирижабль?
— А что? — непонимающе глянула на него Машка. — По-моему, это уважительный повод, чтоб сделать дирижабль. Куда ещё деньги девать, как не на собственное удовольствие. Пусть их пока и нет, так ведь будут же. Не сегодня, завтра будут!
— А безопасность? — возмутился старый профессор. — У нас же нет негорючего безопасного гелия. А водород слишком опасен, чтоб его использовать. Одна зажигательная пуля с земли и прощай молодость.
— Профе-е-ессор, — медленно, тянуче проговорила Маша. — Какая молодость, в вашем то возрасте. Ну нельзя же так тупить. Коль-чу-га! Оденем шёлковый баллон с газом в нашу стеклокольчугу и ни одна зараза его не прострелит. Ни с земли, ни с воздуха. И гондола будет из непробиваемой броневой фанеры, толщиной чтоб пулю держала. Вот вам и вся ваша безопасность. Мотор дизельный сзади поставим, с винтом. А лучше сразу два, для скорости. Они у нас есть, кстати, — ехидно, со значением глянула она на профессора. — Бензин, или соляра — тоже есть. Каучук — есть, тонкая шёлковая ткань — купим. И лети ты куда хош! Хоть в Приморье, к Сидору, хоть на край света.
Зачем нам лодьи, — ухмыльнулась победоносно она. — Зачем нам фургоны! У нас будет ди-ри-жабль!
И если надо что доставить — нет проблем. Подцепил в сеть под днищем гондолы бочки со спиртом, для Куницы, и доставляй их куда ты хош. Дирижабль что угодно увезёт. И сколько угодно!
А! — задорно подбоченилась она. — Какая я? Умная!?
И все проблемы решены, — весело подмигнула она залившейся густой краской Белле.
— Ты же собиралась скоро на заводы? — снова повернулась она к Белле. — Вот и отправляйся прямо сейчас. Заскочи к Марку, поговори. Может он сделать такую сетку, чтоб и пулю держала, и чтоб нетяжёлая была.
— Может, — растерянно отозвалась Белла. — Тут и спрашивать нечего. Мы этот вопрос давно уже с ним проговаривали, ещё когда разрабатывали защитный комплект для воина. Смотря какую пулю или стрелу, или арбалетный болт надо держать, такую кольчугу, или сеть, как ты хочешь, он и сплетёт. Это — не проблема.
— Вот! — торжествующе подняла вверх указательный палец Маша. — Вот! Считай что дирижабль у нас в кармане.
— А водород где ты возьмёшь? — донёсся сбоку возмущённый вопль профессора. — Что, опять я?
— Ты, — ткнула в его сторону пальцем Маша. — Ты! И не спорь, — повысила она голос. — Счастье товарища важнее всего. А девочка мается, — насела она на старика. — Это тебе, старый пень, ничего не надо. А нам только подавай. И чем больше — тем лучше, — с полным чувством честно исполненного долга Маша с облегчением откинулась на спинку стула.
Вот, — тихо проговорила она. — Вот всё, что я хотела тебе сегодня утром сказать. Сказала.
Неделю шар шила, — тихо проговорила она. — Сама, одна, по ночам. Чтоб даже Корней ничего не заметил и случайно не проболтался.
— Спасибо, конечно, — чуть отошла от Машиного напора Белла. — Только боюсь, мы не потянем одновременно несколько проектов. Монитор с баржами, спирт, да ещё и дирижабль твой. А ещё ведь и проблемы с цехом по поточному производству бутылей никуда не делись. Деньги, на которые мы рассчитывали, мы ведь так и не получили. И не получим уже. И что делать?
— Силён, Куница, — тихо пробормотала она, нервно дёрнув щекой. — Буквально клещами нас за горло взял к стенке прижал. Силён, ничего не скажешь. Знает что нам без его хлеба труба. Пришлось подписывать договор на его условиях.
— На Куницу не отвлекайся, — Маша чуть ли не прямо в лицо ткнула ей пальцем. — Дирижабль — твой! Твой! И не волнуйся, потянем. Пёс с этим пограничником. У нас практически всё есть своё. В крайнем случае, возьмёт один из уже готовых фургонов, и приспособим его снизу под гондолу. Делов то… пфе!
И вообще, чего это я тебя уговариваю. Тебе надо — ты и шевелись. А от меня все отстаньте. Я своё дело чёрное сделала, можно теперь и чайку попить, — решительно пододвинула она к себе пустую чистую чашку.