Как Галка и предполагала с самого начала, с Куром вышел облом. И не просто облом, а полный. С первых же слов её, стоило лишь обозначить проблему, лицо Кура как-то странно скуксилось, приняв плаксивое жалкое выражение, и он чуть ли не со слезами на глазах признался, что и рад бы ей помочь, да не может. Физически не может выполнить её заказ. Хочет, очень хочет, но не может.
И сожаление от того, что он не может сделать того чего ему очень хочется, настолько явственно читалось на лице кузнеца, что Галя в какой-то момент даже растерялась, не зная как его утешить. Впрочем, тут же опамятовалась, ядовито заметив, что раньше надо было думать над подобным вопросом. А не разгонять под благовидным предлогом оптимизации свои лучшие кадры и набирать на их места необученных сопляков из баронского обоза, польстившись на дешевизну. А потом плакаться, когда оказывается, что работы полно, а работать уже некому. Народ по другим тёплым местам уже пристроился.
Вот и пришлось ей притащиться сюда, к дому Кондрата Стальнова, что называется на брюхе, и униженно ждать с раннего утра у порога этой сволочи, пока эта тварь не освободится от своих сверх важных дел, и не выйдет встретиться с ней.
Был бы у неё выбор, ноги бы её здесь не было, возле этого поганого дома, с не менее поганым хозяином. Делает вид, что занят, а сам наверняка сидит в горнице чаи гоняет и из-за занавески тайком за ней наблюдает.
Боже, как Галина ненавидела подобный подлый тип людей. Внешне самой приятной, благообразной наружности, всегда говорящих правильные слова, и гнилых внутри.
Галина физически ощущала тяжёлый давящий взгляд кузнеца, ни секунды не сомневаясь в правильности своих суждений. Гад Кондрат был, тот ещё.
— «Почему был? Есть! Был и есть, гад он, Кондрат Стальнов».
Мрачные мысли ходили чередой, раз, за разом возвращаясь на круг.
Не торопится Кондрат ей навстречу, хотя час уже прошел, как она пришла, и любое самое срочное дело давно можно было бы выполнить. Да и куда ему спешить.
Мысли Галины удивительным образом совпадали с мыслями кузнеца. Тот действительно никуда не торопился, в тайной надежде что та, не дождавшись, сама уйдёт. Кондрат откровенно не желал её видеть, и ему было совершенно неинтересно, зачем та к нему пришла.
С Галиной, по мужу Буян, Кондрат Стальнов хоть и был в достаточной мере знаком, да интереса та для него не представляла. Ни в женском плане, ни как заказчик. Потому как, какой может быть заказчик из молодой, опустившейся до откровенной нищеты амазонки, у которой то и денег нормальных нет, чтоб хоть как-то прилично приодеться. Тем более, когда идёшь наниматься на работу к будущему работодателю.
А что ранний визит Галины связан именно с этим, у Кондрата не было сомнений. Будучи прекрасно осведомлён обо всех людях в городе, как о возможных потенциальных клиентах, эту амазонку он в данном качестве вообще не рассматривал, считая откровенной шалавой, не способной удержать в своих покрытых цыпками ручках жалкой медяшки.
Кондрат прекрасно знал ещё по прошлому с ней знакомству, что были, были у той в своё время деньги. Хорошие, большие деньги. Были да сплыли. Как-то внезапно разом кончились, вместе с разгульной на широкую ногу жизнью. Собственно после того он Галочку в городе больше и не видел, лишь потом, спустя несколько лет случайно с удивлением узнав в изгоняемой из города скандальной личности, громившей со своим дружком по заказу Сидора торгующие палёнкой кабаки, свою давнюю знакомую.
И теперь она вот уже час терпеливо ждала его у порога, ожидая, когда он её примет.
Встречаться категорически не хотелось. Но и тянуть больше было уже совсем неприлично. Надо было что-то решать.
— Чего явилась?
Невольно вздрогнув, Галя подняла, прикемарившую было голову. Разомлев на жарком весеннем солнце, она с удивлением обнаружила, что скоро уже полдень. Солнце стояло уже в зените, а она всё топталась у порога этого козла. Да ещё тот так по хамски к ней обратился.
— Давно в хавальник не получал, козёл?
— О? Так-то ты разговариваешь со своим будущим работодателем? — удивился Кондрат
— А у тебя что, работа для меня есть?
— Для тебя — нет.
— Так чего ж ты козёл, хавальник свой разеваешь.
Заткнись! — рявкнула она на кузнеца. — По делу пришла.
— О, как?! Как была ты Галка хамка, так и осталась. Говори чего надо и проваливай. Без тебя дел полно.
— Мне можешь не врать. Нет у тебя никаких дел. Слышь?
— Что? — насторожился кузнец.
— Слышь звон?
— Нет.
— То-то и оно. А быть должон.
— Может, тебе пора уже уходить?