— Ты говоришь так, будто сам видел это, — заметил Пол.
— Видел, — коротко ответил отец. — В нашей профессии приходится наблюдать разные судьбы. Люди, которые слишком увлекаются накоплением, теряют способность видеть дальше своего кошелька. Они перестают инвестировать в будущее, в технологии, в развитие.
— Но разве не лучше иметь запас? — спросил Пол. — Дед вообще сказал, что деньги — это навоз. Я понимаю, что он имел в виду фиатные деньги и подчеркнул их никчёмность в противовес золоту…
Отец Пола рассмеялся громоподобным голосом. После этого он подошёл к Полу, взял его за плечо и, смотря в глаза, сказал:
— Деньги — это топливо мировой экономики. Какой же это навоз?
— Навоз тоже может быть топливом, — сказал Пол с лёгкой усмешкой.
— Пол, перестань, ты же сам прекрасно понимаешь, что это глупости. Золото — страшный металл. Он как магнит человеческой жадности: чем его больше, тем сложнее противостоять. Про это написано множество книг и снято фильмов. Твой дед начал копить золото и превратился в Золотого Жука. Золото каким-то удивительным образом проявляет в человеке самые низменные инстинкты, лишает свободы и делает рабом жёлтого металла. После этого сознание человека начинает обособляться вокруг мыслей о всё большем его накоплении, и жадность начинает проявляться в самых неожиданных и чудовищных проявлениях характера. Люди в возрасте особенно уязвимы к этому. Если ты хочешь развивать технологии и процветать, ты должен знать и понимать это. Развитие технологий всегда идёт вместо накопления. Это один из фундаментальных принципов развития современного общества. Неужели ты забыл про это?
Пол внимательно выслушал отца, подошёл к нему и сказал с воодушевлением:
— Мы моделируем социальные процессы. Ресурсов нашего нового дата-центра хватит для того, чтобы решать все проблемы человечества в реальном времени. Больше не будет денег, не будет войн, голода и других неразрешимых проблем. Все люди будут счастливы. Мы перейдём в цифровую эпоху и наступит мир во всём мире.
— Вот поэтому и пришли федералы… — ответил отец, присаживаясь на кресло.
— Ты должен решить для себя, либо ты пойдёшь против системы, либо станешь её уважаемым винтиком!
— Получается, дед не понял силу технологий? — Пол всё ещё пытался осмыслить слова отца.
— Нет, — Отец покачал головой. — Он понял, но выбрал свой путь. И это его право. Ты должен понимать, что настоящее богатство — это не то, что ты можешь спрятать в подвале. Настоящее богатство — это то, что ты можешь создать и развить. Это компании, которые работают, технологии, которые меняют мир, люди, которые верят в будущее.
— Да, — Пол почувствовал, как в нём крепнет уверенность. — Теперь я понимаю, почему ты всегда говоришь о развитии и инвестициях.
Они помолчали, каждый погружённый в свои мысли. Пол понимал, что отец снова открыл ему важную истину о том, что богатство измеряется не количеством накопленного, а способностью создавать и развивать, несмотря на преграды и сложности на пути.
Глава 38. Прайминг
Лаборатория Нексуса погрузилась в полумрак, нарушаемый лишь мерцанием голограмм. На стене висели сотни светящихся портретов — цифровые слепки игроков, чьи действия, чаты и даже незавершённые строки кода сливались в единый поток. Иван, Чен и Раджеш стояли перед гигантским экраном, где пульсировала нейросеть Янус. Сегодня ей предстояло стать зеркалом человеческой души.
— Прайминг — это не магия, — Чен провёл рукой по данным, и на экране всплыли графики: кривые покупок, паттерны кликов и даже паузы в переписках. — Это математика привычек. Ведь человек — существо ритуала. Даже его спонтанность предсказуема в определённой мере.
— Чен, ты можешь быть поконкретнее? — спросил Иван, поворачиваясь в его сторону.
— Синий, зелёный, оранжевый, — Чен сделал паузу и указал рукой на Раджеша.
— Жёлтый, — рефлекторно ответил Раджеш.
— Фиолетовый, — ответил Иван, смотря на Раджеша. — Если прайминг работает, то почему Янус провалил тесты? — Иван ткнул в красную зону на экране, где система предсказала, что пользователь под ником Грэм выберет для отпуска Альпы, а он улетел на Гоа. — Твой алгоритм не учёл, что Грэм ненавидит лыжи.
— Ненавидит сейчас, — поправил Чен, увеличивая участок данных. — Пять лет назад он активно лайкал горнолыжные курорты. Прайминг основан на глубинных слоях памяти.
Раджеш, сидевший в позе лотоса на столе, неожиданно выдал: