— Мне и так не отделаться, — вздыхает как-то слишком обреченно. Букетику моему полевому выделяет высокую узкую вазу, ставит на стол.
— Или ты розы больше любишь? В принципе, готов и на них разоряться. Мне не принципиально.
— Я разные люблю, васильки красивые.
— Прямо как у меня глаза, — сажусь на хлипенькую табуретку, — Юль, ты моя девушка.
— Фиктивная.
— Это детали… я есть хочу.
— То есть девушка я фиктивная, а кормить должна как настоящая?
— Можешь стать настоящей, — быстро протягиваю к Юльке ладонь, хватаю за тонкую талию и усаживаю к себе на колени верхом. Твою мать, как ненадёжно завязан пояс халата оказался. Верх разъехался, спускаясь по плечам, Юля еле успела поймать ткань на груди.
Я свои силы переоценил. Горячая, с влажными волосами, вкусно пахнущая ванилью Юлька — слишком большой соблазн. В глазах мутится, как хочу завалить ее на столе. Она же под халатиком сто процентов без белья.
— У тебя не может быть настоящей девушки. Ты — достояние всея бабской Руси, — иронизирует Юлька. Храбрится, делает вид, что стояк под попой никак ее не нервирует. А щечки-то горят.
— Не надо так обо мне, Юль. Просто период кобелиный был. А теперь я думаю, что вполне могу быть верным, когда рядом такая шикарная малышка.
Неделю точно смогу. Или две?
Нагло веду ладонями по голым ногам, упираясь в легкую ткань, сминаю ее, пока не добираюсь до обнаженной попы. Мать моя, какая нежная кожа, чистый бархат.
— Юль, обещаю пока мы фиктивно вместе, не буду спать с другими. Давай я буду спать с тобой.
— Пусти, — нежный голосок дрогнул, — кобелина. Не верю ни одному твоему слову.
— Никто не узнает, Юль, что хорошая девочка на какое — то время стала плохой, — шепчу ей в губки. — Помнишь, как ты мои кубики трогала? Вот, пожалуйста. Еще утром два часа в зале убивался, чтобы сделать их лучше. Для тебя, — быстро избавляюсь от майки, одной рукой не забывая придерживать Юлю, чтобы не сбежала.
— Оденься обратно, — сипит окончательно раскрасневшаяся малышка. Дыхание у нее совсем сбилось.
— Пока не потрогаешь, не оденусь.
— Шантажист!
— Одним пальчиком. Давай Юль, — глажу ладонями по ее спине через халат, нежно мну попу. Девочка — чистый соблазн.
Как вообще она ходит одинокой? У мужчин что, глаз нет?
Вот я как увидел ее, так сразу и понял, малышке нужно уделить внимание. Много, долго и глубоко.
Юлька сглатывает, сжимает кулачком халат на груди и робко касается ладошкой моего напряженного пресса. В глаза мне не смотрит, сосредоточилась на рельефе. Губку свою пухленькую прикусила.
— Очень твердые, — комментирует нерешительно. — И долго ты в зале занимаешься?
— С шестнадцати.
— Ого, — реснички вздрагивают, — а я ленюсь.
— У тебя и так идеальная фигура, но если хочешь, я потренирую. Надо как-то реально тебя отблагодарить за помощь. Буду твоим секс-инструктором, хочешь?
— Не надо мне такого добра, — ладошка взмывает воздух, оставляя в покое мою разгоряченную кожу. Мне такой расклад не по душе. Ловлю ее и впечатываю в свою грудь.
— У нас с тобой есть один пункт договора, который пора бы начинать выполнять?
— Какой?
— Пункт о поцелуях.
— Десять и все, ты сам определил количество, — Юлька вся дрожит. — И это при твоей маме.
Угу, конечно....
— Первый, — подаюсь вперед.
Ладонью сгребаю влажные волосы, за затылок тяну к себе.
— Ты пахнешь ванилью, — шепчу, прежде чем сорвать сладкий поцелуй. Никто не определял, как долго и как мы будем целоваться, поэтому беру по максимуму. Затыкаю рот во избежание всяких возражений, сминаю ладонью упругую грудь.
Юлька ахает, упирается ладонями мне в плечи. Толкает своим язычком мой прочь из ротика. Но нет, Юль… Нет.
Зажимаю сосок между пальцами, прокручиваю, делая ласку острой, глубоко вторгаюсь языком в сладкий рот. Краду шумное дыхание, постанывая от удовольствия.
Какая мышка вкусная, ее хочется съесть целиком. И она хочет, чтобы ее съели, вон как начинает тереться промежностью о мой стояк.
— Иван, ох, Иван, — шепчет, пока мои губы перемещаются на ее шею, — я не могу так, не могу. Пожалуйста….
— Тогда хотя бы покорми, — выдыхаю со стоном. Малышку распаленную к себе прижимаю. Хорошая она у меня слишком, не может сразу. Ну и ладно — это плюс, так интереснее. Давно не приходилось ни за одной девушкой бегать.
— У меня рассольник, котлеты из индейки с салатом и пирог с маком.