— Почти, — скриплю зубами.
— Заходи в понедельник, присмотрю тебе что-нибудь. На байке с оболтусом твоя Юля далеко не уедет. Или ты собираешься к ней на шею присесть? Мама сказала, она и учится, и работает.
Количеством осуждения, которое брат вложил в свою тираду, можно спокойно раздавить вместо многотонного пресса. Умеет он размазать.
— Зайду, — быстро поднимаюсь на ноги. — Ладно, поеду. Дел много.
— Давай, — Роман поднялся, пожал мне руку и неожиданно притянул к себе. По спине похлопал. — Рад за тебя, Иван. Будем ждать вас с Аней, в любое время приезжайте.
— Хорошо.
По дороге к воротам мне в затылок снова прилетает камешек.
— Макс, тебе хана, — прикрываюсь ладонью.
— Ты покатать обещал, — слышится обиженно и настырно.
— В следующий раз, — дохожу до мелкого племяша, прячущегося за деревом. Он опустил рогатку и поник.
— Я Машке уже рассказал.
— Кто такая Машка? — присаживаюсь перед ним. Треплю кучерявые, как у брата, волосы.
— Девочка в саду. Она крутая. А я не очень.
— Не очень, значит? — удивленно поднимаю бровь. — У тебя ж рогатка.
— Это не байк, — вздыхает он. Взгляд такой щемящий, что пробирает. Вот что ему от Аньки досталось.
— Поехали тогда, — поднимаю пацана с земли и сажаю на плечи. — тяжелый чего такой? Мамка кашей закармливает?
— Да, по утрам, — довольный Макс цепляется за мои плечи.
Сделал с ним пару кругов по поселку, дал за руль подержаться, рассказал про впечатляющие характеристики мотоцикла.
— Прекратишь в меня камнями шмалять, когда ремонтировать буду — с собой возьму.
— Вот это да! — глаза племяша вспыхнули.
Как легко ребенка порадовать все-таки. Жаль, нам взрослым для тех же эмоций требуется намного больше.
В съемную квартиру приезжаю к вечеру. Прислушиваюсь к шуму за стеной. Стены картонные, окна открыты, так что попса, которую слушает Юля, мне слышна. Тут я угадал.
Надо решать, как к ней подкатить так, чтоб не послала.
Первое — придется завязать с одноразовыми отношениями. Юлю крики за стеной раздражают. А раздражать человека, от которого тебе что-то нужно, глупо.
Второе — обаять. Цветы, конфеты, я шикарный.
Третье — уговорить Юлю мне помочь. Через постель желательно.
Брать с собой левую девчонку не вариант. Роман и мамка оба параноики, пробьют подноготную моей девушки, как только увидят ее. Если обман раскроется, следом пробьют башку мне. И фиг кто после этого мне поверит больше.
Юлька закрывает окна перед уходом на работу, следом я вижу, как она выходит из арки и цокает в сторону ресторана через дорогу. Отличный у меня в квартире наблюдательный пункт, большая часть ее жизни, как на ладони.
Ложусь спать, наводя будильник на полпятого. Надо обязательно приятно удивить будущую даму моего сердца.
В пять в полной экипировке, на байке и с цветами жду рядом с выходом из ресторана. Две милых девчушки — официантки, которых я заприметил в «Белом кролике» вчера, глаз с меня не сходят. Трутся на ступеньках.
Простите, малышки, забрал бы вас к себе и сразу двух, но Юлька не оценит.
Наконец, на крыльце появляется ОНА. Удивленная, прилично уставшая после бессонной ночи.
Машу ей букетом ромашек. Их я у бабушки на углу купил. Ей на хлебушек помог заработать и романтика из себя состроил.
— Привет, — поднимаюсь навстречу несмело идущей в мою сторону Юле, — это тебе.
— Не сработает, — качает она головой, но цветы берет. Трогает пальчиками мелкие ромашки. — Прекращай за мной ухлестывать, Иван. Тебе тут ловить нечего. За два месяца, которые я рядом с тобой живу, узнала как облупленного.
Два месяца. Вот черт…
— Довезу до дома, — не сдаюсь я. Накидываю на нее свою куртку. Сегодня Юля в белых джинсах и бежевой футболке. С цветом ее любимым я не ошибся, похоже.
— Тут идти три шага, — тяжко вздыхает она.
— Садись, — седлаю байк. Девчонкам, притихшим на крыльце, подмигиваю.
Юля несмело опускается на сиденье за мной. Тонкие ручки крепко обнимают за живот. Спины касается ее вздымающаяся грудь в распахнутой куртке. Девушка немного дрожит. Еще в прошлый раз заметил, езда на байке ее пугает.
— Только до подъезда, — уверенно заявляет она.
— Конечно, — отталкиваюсь от земли.
Веду байк прочь от нашего дома. Делаю приличный круг по кварталу, вдоль парка и реки. Только после этого привожу Юлю к подъезду. За всю поездку малышка даже не пикнула.
— Спасибо, но это было не обязательно, — бледненькая Юля опустилась на лавку. В руках измятые ромашки.