– Для тебя, может быть, – ответил ей Рассел, прежде чем нырнуть в бассейн, – но не для меня.
Может быть, нам повезет и он утонет?
В другом конце сада к дереву была подвешена шина – импровизированные качели. Лучшее место, чтобы выпить мой джин-тоник и помечтать о Максе. Эндрю подошел ко мне сзади и нежно обнял. Почему бы ему наконец не оставить меня в покое?
– Может, пойдем в постельку? – спросил он нежным голосом.
– Еще рано, – сказала я. – Я не устала.
– Это хорошо, – ответил Эндрю, улыбаясь. – Я тоже не устал.
– Извини, Эндрю. Я не в настроении. Не обижайся, ладно?
– А… Ну ладно. – Он был обижен и разочарован. – Я просто подумал, что ты соскучилась по мне.
– Я собираюсь посидеть здесь немного, если ты не против, – безжалостно сказала я.
– Можно, я посижу рядом с тобой?
– Если хочешь.
Я сосала ледяной кубик и слушала щелканье цикад. Или это были кузнечики?
– Ты не хочешь со мной поговорить? – спросил он.
– Конечно, хочу, – ответила я, изображая энтузиазм. – О чем ты хочешь со мной поговорить?
– Ну, не знаю. Просто поговорить.
– Вот и хорошо, ты начинай, а я продолжу.
Я прекрасно слышала раздражение в своем голосе.
– Тебе хорошо, зайчик?
– Нормально. Перестань каждые пять минут спрашивать, хорошо ли мне. Это действует мне на нервы.
– Ты не в романтическом настроении, – ответил Эндрю. – У нас сезон дождей?
– Да, наверное, он еще не кончился.
Когда я наконец отправилась спать и устроилась между мятыми простынями с вышитыми маргаритками, я слышала, как Эндрю и Робин играли внизу в гостиной в триктрак. Рассел смотрел какую-то игру по телевизору, упорно делая вид, что понимает по-итальянски.
Эндрю всегда с пониманием относился к моему настроению. Он всегда уважал мое право на выбор. С ним я была кошкой с девятью жизнями. Это еще одна особенность, которая мне в нем очень нравилась. То, что я всегда могла на него положиться. Как бы ужасно я себя ни вела, какую глупость ни сделала, нужно ли мне было срочно похудеть на десять фунтов или нет, Эндрю, казалось, было все равно. Он все принимал как должное. Мне кажется, именно это и означает быть замужем. Я серьезно собиралась научиться этому. Но сейчас я могла думать только о Максе.
В эту ночь мне приснилось, что сломалось солнце. Мы сидели с Джил, смотрели на небо и радовались, что ветер разгоняет облака и скоро появится солнце. По крайней мере, нам так казалось. Но затем мы заметили, что по небу двигались не облака, а солнце. Оно летело зигзагом, качаясь из стороны в сторону и вверх-вниз.
– Как странно, – озадаченно сказала Джил. – Я думала, что Земля вращается вокруг Солнца. Но тогда Солнце должно стоять на месте, правда?
Мы продолжали наблюдать. Солнце превратилось в водоворот, как будто кто-то взял большую ложку и начал перемешивать облака с голубым небом. Это было так прекрасно, что мы позвали Эндрю посмотреть. Но небо неожиданно стало уходить в воронку, как будто его засасывал гигантский пылесос, и осталась только серость и холод.
Мы испуганно дрожали, ожидая, что будет дальше.
– Посмотри! – закричала я. – Все нормально. Вот оно, солнце! Оно не исчезло.
Я показала на маленький золотой шарик, сияющий вдалеке, и мы обе вздохнули с облегчением. Казалось, он приближался – на самом деле приближался, – но не увеличивался, а затем, когда оказался уже недалеко, я увидела бутафора, несшего круглую стеклянную лампу, которую он покрасил в желтый цвет и покрыл лаком. Он подошел прямо к нам, поставил лампу на журнальный столик, а затем ушел.
– Неужели это солнце действительно такое? – сказала я. – Вот это новость!
Но после этого небо снова посветлело, и настоящее солнце начало медленно подниматься прямо перед нами. Огромная золотая арка поднималась вверх дюйм за дюймом. Она была так близко, что, казалось, можно ее потрогать. Но когда все светило поднялось над землей, мы увидели, что оно ужасно пострадало от несчастного случая. Оно выглядело, как раздавленное яйцо с недостающими внизу кусками. Там, где не было позолоты, вытекала кровь и яичный желток.
Потом солнце слетело с крюка, на котором оно было подвешено, упало в океан и умерло. Мы смотрели, как оно тонуло, пока на поверхности воды не остались только круги.
– Ну и ну, – сказала Джил. – Плохи дела.
Я чувствовала, что, если увижу еще одну фреску, у меня начнется истерика. И мало того, что именно в этот день мне придется общаться с Робин и Расселом, еще и Эндрю до сих пор не поздравил меня с днем рождения. Я ожидала, что он принесет мне завтрак в постель, полевые цветы в стакане и, как фокусник, достанет из-под кровати подарок. Но ничего такого не произошло.