Когда мы с Натали были школьницами, мы считали, что мальчики, которые хорошо танцуют, умеют отлично целоваться. Макс встречал каждую новую мелодию словами: «О! Я обожаю эту песню!» – и принимался мычать очередной мотив. Мне до смерти хотелось поцеловать его и доказать, что наша с Натали теория была правильной. Я танцевала рядом со Спорти Спайс, которая превратилась в блондинку с короткой стрижкой, а совсем недалеко от нас плясала Лулу и – не может быть! – муж Мадонны Гай Ритчи, Да еще Брэд Питт собственной персоной, одетый в серый костюм. Джил с ума сойдет, когда узнает! Я всегда мечтала иметь хотя бы чуточку блеска Натали, и сегодня моя мечта сбылась на все сто процентов. Представляете, как классно! Вот она я – пью шампанское и танцую здесь с Максом.
– Смотри, – завопил мне в ухо Макс, – Гай и Брэд тоже не привели с собой пару! Мы зачинатели новой традиции!
Спорти наступила мне на ногу и сказала: «Прошу прощения», и мы обе засмеялись. Это была сказка! Мы с Максом протанцевали без передышки целый час, пока я не почувствовала, что мои мокрые волосы слиплись, и не решила сходить в дамскую комнату, чтобы привести себя в порядок. Я нарочно прошла рядом с Брэдом Питтом по пути в туалет.
– Отличный фильм! – сказала я ему, и он очень любезно улыбнулся и ответил:
– Спасибо.
Брэд Питт сказал мне спасибо! Джил никогда в это не поверит.
Когда я открыла дверь в дамскую комнату, чуть не подавилась лаком для волос, который густым облаком заполнял все помещение. Мне пришлось бороться за место у зеркала с Джерри Холл, женой Винни Джонса, и Кейт Мосс, которые выглядели шикарно и абсолютно безупречно. Первый же взгляд на мое отражение в безжалостном флюоресцентном свете – платье за двадцать фунтов и влажные плети волос – и я почувствовала себя маленьким раздавленным клопом. Кого я обманывала? Мне повезло, что меня вообще сюда пустили. Я чужая среди этих людей. Что я вообразила, когда с таким гонором промаршировала мимо Брэда Питта?
Неожиданно мне пришло в голову, что Макс был бы в ужасе, если бы узнал, что я схожу от него с ума. Что с того, что он сам флиртовал со мной? Он, наверное, со всеми флиртует. Это абсолютно ничего не значит. Он всего лишь угостил меня попкорном. Просто проявил щедрость. Я застегнула до конца «молнию» на платье. Больше всего мне хотелось вернуться в начало вечера. Макс, скорее всего, решил, что я просто дура. И самое ужасное – он абсолютно прав.
Я протолкалась назад сквозь толпу танцующих и нашла его в углу, стоящим в дверях небольшой комнаты с двумя бокалами шампанского в руках.
– Я уже думал, что ты потерялась, – заметил он. – Я нашел тут местечко, где можно посидеть и передохнуть.
В уголке было несколько свободных мест. Я села, стараясь не смотреть на Макса.
– Ты здорово танцуешь, – сказала я ему. – Мне за тобой не угнаться. У меня смертельно болят ноги.
– Положи их сюда, – предложил Макс, похлопывая по краю своего кожаного кресла.
– Да ладно, все нормально, – торопливо отказалась я.
– Положи свои ноги сюда.
Как будто я ничего не говорила! Я неохотно вытянула ноги и положила их рядом с ним. Глоток вина оказался очень кстати, хотя я чуть не подавилась. Макс расстегнул кнопку на одной босоножке, снял ее с меня и аккуратно поставил на пол рядом с сиденьем.
Положив к себе на колени мою ногу, он обхватил икру ладонью и начал ее нежно массировать. От его прикосновения у меня тут же пересохло во рту, а сердце бешено застучало о ребра. Мы были окружены людьми, но Максу, казалось, это было безразлично, и никто не обращал на нас ни малейшего внимания. Он медленно опускался к ступне и наконец принялся гладить ее, едва касаясь, словно у него в руках было перышко.
«Ладно», – подумала я. Дело не только в моем воображении. Что-то и на самом деле происходит. Он гладит мою ногу. Это, во всяком случае, я не придумала.
Я закрыла глаза и почувствовала, что таю от его прикосновений. А ведь это всего лишь моя ступня! Он снял с меня вторую босоножку и начал гладить подъем медленными скользящими движениями. Это было потрясающе – почти невыносимо. Когда я открыла глаза, он все еще наблюдал за мной.
– Ступня – очень мощная эрогенная зона, – сказал он неожиданно хрипло.
– Это точно, – прокаркала я противным незнакомым голосом.
Мы оба хорошо выпили. Он положил свою ногу на диванчик рядом со мной, и я нерешительно прикоснулась к обшлагам его брюк, перебирая ткань между пальцами.