Глава 4
Очнулся я как-то рывком, раз – и я понял, что у меня ничего не болит и я вполне выспался. А вот глаза почему-то открыть сразу не удалось, а когда удалось, то пришлось снова закрыть, так как эти самые глаза резануло светом.
Во второй раз глаза я открывал медленно и осторожно. Когда же удалось, то увидел симпатичную такую попку в пределах своего взора. И так как у меня ничего не болело, то я решил, а собственно почему бы этому не стать традицией?
Короткий писк, несколько секунд возмущений, и поцелуй даже затягивается, а я понимаю, что это не госпожа ректор. А с другой стороны, какая разница? Но тут я замечаю, что девушка смотрит куда-то мне за спину широко раскрытыми глазами и целуется чисто механически.
Отпустив девушку, которая со скоростью метеора вскакивает с моей койки, оборачиваюсь. Кто бы сомневался, по закону подлости кто еще может стоять там?! И не дав Лайе что-то сказать, подхожу, хватаю ее за талию и целую. Она пытается вывернуться, но как-то неохотно, а мой слух улавливает звук падения тела и таза. Через десяток секунд останавливаюсь.
– Извини, я думал, это ты была, – говорю ей, а сам смотрю на еще больше округлившиеся глаза недавно целованной девушки.
– И как? Понравилось?
– Ты бесспорно целуешься лучше.
– Что-о? Ты еще и сравниваешь! – логика женщин не знает границ.
Резко перекатом ухожу вбок, от пощечины и чего-то еще, в сторону тумбы, на которой лежат мои вещи. Хватаю их в руки и, перепрыгивая через пустующие койки, пытаюсь пробраться к выходу.
– А ну, стой! – слышу крик декана.
– Я тебя тоже люблю! – посылаю неуклюжий воздушный поцелуй, так как одну ногу обувал в ботинок и прыгал на другой, все так же двигаясь в сторону выхода. – Девочку не обижай, ее еще учить и учить.
В коридор я вылетел сметенный какой-то воздушной техникой.
– Ну не хочешь учить, хоть не убивай. – И тут же после своих слов услышал еще один звук падения тела.
Оттолкнувшись от стены руками, так как разгон я получил изрядный, наконец напялил на себя штаны и побежал в сторону лестницы, держа остальную одежду под мышками. Метров через двадцать, когда понял, что никто за мной не бежит и ничем не пуляет, остановился и оделся окончательно. А когда повернул к лестнице, столкнулся со знакомой орчанкой.
– О! – улыбнулся во все тридцать два зуба. – Тебя-то я как раз и искал.
– З-з-зачем? – орчанка стала отступать к перилам.
А я не удержался от шутки.
– Бу-у!
То, что произошло дальше, было неожиданностью. Дири отпрыгнула назад, столкнулась с перилами и, перекувыркнувшись через них, улетела вниз. Честно, тупил секунд десять, пока не осознал, что она могла себе что-то сломать.
Растолкал тощую парочку, которая, судя по внешнему виду и попыток поднятия себя из позы «на карачках», смягчила падение орчанки.
– Жива? Ты извини, шутка дурацкая была. Болит где? Руки, ноги чувствуешь? Шевелить ими можешь?
– Могу. Я вон на этих упала, – указала она головой мне за спину.
– Премного благодарен, что поймали ее. Спасибо, – проговорил я быстро, повернувшись к парочке. После чего поднял Дири на ноги и, убедившись, что она действительно в порядке, взвалил ее себе на плечо под возмущенные крики и направился к себе.
Девушка пыталась возмущаться таким отношением к ее персоне, но пару шлепков по попе и обещание ее выпороть, если не прекратит, охладили ее пыл.
– Куда ты меня тащишь, можешь хоть сказать?
– Конечно. Мне нужно с тобой поговорить на предмет воинских техник. Я тут в библиотеке вычитал, что среди орков есть боевые шаманы, которые в ближнем бою могу соревноваться с лучшими мастерами воинского искусства и магами.
– Но я ничего не знаю.
– Дири, не заставляй меня переходить от поощрения к наказанию.
– Это когда ты меня поощрял? – она даже попыталась привстать в своем неловком положении.
На что я лишь многозначительно хмыкнул.
Академия, пять минут спустя. Молодая ветвь рода Дуба, княжна Энериэ
– Ари, что это сейчас было? – удивленно спросила молодая княжна свою горничную и заодно телохранительницу, одну из трех.
– Это был Казанцев Антон, бедствие всех благородных.
– Этот выродок?
– Да, княжна.
– Что можешь о нем рассказать?
– Умен, нагл, но в меру, умеет расположить к себе, пользуется популярностью у дам, хороший воин. Даже великолепный.