Я больше не намерена с ним спорить.
Нажимаю на педаль газа, резко выкручиваю руль и проношусь в считанных миллиметрах от байка Лисина. В окно высовываю руку, показываю фак (прости, бабуля) и, злорадно ухмыляясь, уезжаю. Правда, счастье моё длится недолго. Я даже не успеваю проехать остановку, как обнаруживаю за собой хвост.
Да он меня преследует, вашу мать!
Я сигналю ему, а он мне в ответ. На светофоре мы равняемся.
Мы смотрим на друг друга, должно быть, не менее минуты. И никто не отводит взгляда. Это борьба. И никто не хочет проиграть.
Ага. Мы, «взрослые» люди, играем в гляделки. Я начинаю деградировать рядом с этим парнем. Как бы я ни пыталась оторваться, но этот настырный гад слишком хорошо водит. Поэтому, когда я подъезжаю к своему дому и паркуюсь, он уже стоит в двух метрах от меня.
— То есть теперь ты будешь меня преследовать? — выйдя из машины, отрезаю.
— Преследовать? Что за страшные слова, сладенькая? Побойся бога, я провел тебя домой. Я же джентльмен.
Джентльмен? Трижды «Ха!».
— Я все равно не пойду с тобой на свидание. Заканчивай этот цирк.
— Зато теперь я знаю, где ты живешь. Пригласишь в гости?
Завтра же переезжаю! На Аляску. Нет. На Северный полюс!
Ехидно улыбаясь, подхожу к нему вплотную, отчего он напрягается. Запрокинув голову, чтобы видеть эти глаза, я самым милым голосом произношу:
— У нас уже всё было, малыш Сэмми. И, знаешь, я оказалась разочарована, — преувеличенно тяжело вздыхаю, добавляя своим словам драматизма. — Этих впечатлений мне хватило на всю жизнь. Поэтому, сделай самому себе одолжение, прекрати позориться и таскаться за мной.
Оставляю на его в щеке лёгкий поцелуй, разворачиваюсь и ухожу домой.
Сноски*:
Подводка - речь журналиста перед самим сюжетом, которая подводит зрителя к новости.
Глава 6
Сэм
Бью по груше.
Один раз. Второй. Третий.
Злость никуда не уходит. Я взведен. Нет. Разъярён.
Делаю резкий выпад и бью кулаком ещё раз. Груша отлетает.
Рыкнув, отхожу назад, скидываю перчатки, беру бутылку и жадно пью воду.
Сегодня со мной никто не хочет спарринговать, что, впрочем, неудивительно. Парни меня сторонятся, а ещё бросают косые взгляды, что только сильнее распаляет мой гнев.
Какого чёрта? Эта девчонка, должно быть, не в своём уме! Всё было? Что у нас могло быть? И что это значит, цитирую: «разочарована»?!
Нет. Ну точно, спятившая!
Во-первых, такую язву я бы точно запомнил, а во-вторых, я вижу её впервые в жизни. Вероятно, она меня с кем-то перепутала. Да. Именно так.
И мне просто необходимо теперь до неё донести, что она ошиблась. Особенно, в этом её «не впечатлена»! Она выплюнула эти слова мне в лицо, самодовольно ухмыляясь, а потом развернулась и пошагала домой! Как будто не растоптала мою самооценку!
Ладно. Может, я драматизирую. Но, серьезно, я почти раздавлен! Кто вообще эти женщины, которые говорят мужчинам, что они ноль без палочки в постели?! Последователи Гитлера?
Этот раунд определённо за Лялей Стрельцовой, однако если сладенькая думала, что я от неё отстану, то теперь я просто обязан её переубедить.
— Что такой хмурый, Лисин? — спрашивает Женя, мой хороший товарищ и по совместительству менеджер.
— Здорово, — брякаю, хватаю полотенце и вытираю потное лицо.
— День тяжёлый.
— Тяжёлый? — ухмыляется, и я вдруг понимаю, почему он пришёл. Вот черт! Дело дрянь. — А ночь была очень хороша, правда?
Ага. Тонкий намёк.
— Не начинай, — ворчу.
— Лисин, ты взрослый мужик, а такой фигнёй страдаешь. Хоумвидео, серьёзно? — пренебрежительно фыркает. — Об этом только ленивый не треплется.
— Я сглупил, — вздохнув, признаюсь.
— Охотно верю, — хмыкает Женя.