– По каким именно? Что за секретность? – тут же откликнулся Бобков.
– Погоди, Филипп Денисович, снова ты попэрэд бацьки у пэкло. Если тебе специалист, кстати, твой коллега, говорит, что не может рассказать – значит, не может, – Мазуров снова одним движением руки осадил рванувшегося было в атаку Бобкова.
– Спасибо, Кирилл Трофимович. – кивнул Леонов. – Вообще-то, Филипп Денисович прав, Комитету необходимо знать все детали для того, чтобы грамотно разрабатывать стратегию влияния на те или иные процессы в стране. Но здесь сразу два фактора играют роль – фактор времени, которого у нас нет, и фактор внезапности, который мы обязаны срочно использовать. Позже подробный отчет будет направлен всем вашим помощникам – с учетом допуска, конечно, но сейчас только кратко.
– Ну, вот, давай кратко, – удовлетворенно кивнул Мазуров.
– А кратко получается вот что. Предположения Вронского и его коллег подтвердились – Советский Союз распадется в 1991 году на ряд, так сказать, независимых государств. Часть из них сразу же подпадут под влияние США и стран НАТО. Туда же переметнутся практически все страны бывшего соцлагеря. Кстати, вместо Чехословацкой ССР возникнут два государства – Чехия и Словакия. А вот Германия, наоборот, объединится – ГДР исчезнет с политической карты мира. Югославия раздробится на ряд мелких стран – Босния, Сербия, Албания, Черногория и так далее. Причем, после кровавой и грязной гражданской войны, где будет геноцид, бомбардировки югославских городов авиацией
НАТО, убийства мирных жителей и много всего. Но и в бывшем СССР будет не лучше – из Афганистана, где Советский Союз провоюет десять лет и потеряет почти 15 тысяч солдат, в Узбекистан и Таджикистан придет гражданская война, наркотрафик, нищета и голод. Грузия начнет воевать с Абхазией, Армения с Азербайджаном, начнутся волнения в Киргизии. В отделившейся Украине спустя 25 лет тоже начнется гражданская война, а сама Россия, ставшая правопреемницей СССР, 14 лет будет воевать с маленькой Чечней, потеряв почти 11 тысяч своих граждан, как мирных жителей, так и военнослужащих. В общем, картина настолько безрадостная, что я даже сейчас не стану грузить вас, товарищи, цифрами. Поверьте, все это – не плод нашего воображения. Точные цифры удалось установить только недавно, благодаря научным открытиям нашей лаборатории.
– Позвольте, не хотите ли вы, Николай Сергеевич, сказать, что ваша лаборатория изобрела машину времени? – удивленно воскликнул Месяцев.
– В том понимании, как это описал Уэллс и другие фантасты – нет. Принцип действия совершенно иной. Но он позволяет очень точно определять наше вероятное – подчеркиваю – вероятное будущее. Потому что существуют разные линии вероятности.
– То есть, Николай Сергеевич, вы имеете в виду… – начал было говорить Месяцев, но Леонов его перебил.
– Да, я имею в виду тот факт, что мы в состоянии эти линии вероятности переключать. То есть, путем воздействия на реальность менять линии вероятности с одной на другую. Скажем, вот сейчас я хочу и должен буду открыть вот эту папку с документами, – Леонов направился к Вронскому, чтобы взять у него из рук папку.
Но в этот момент Вронский внезапно подбросил папку в воздух и она, раскрывшись, выпустила на свободу десятки машинописных листов, которые, словно стая птиц, вырвались на свободу и разлетелись по актовому залу.
– И вот некие обстоятельства изменились. В результате вместо того, чтобы открыть папку и зачитать вам некоторые документы, я вынужден буду взять паузу, чтобы эти документы собрать, – как ни в чем ни бывало закончил Леонов.
– Как видите, произошло вмешательство неучтённого ранее фактора. Я даже могу назвать это вмешательством личностным, – на этот раз заговорил уже Вронский. – Поверьте, мы не договаривались заранее. Я просто всего лишь прочитал мысленный посыл руководителя нашего подразделения.
Вронский посмотрел на генерала, тот удовлетворенно кивнул, подтверждая слова биоэнергетика, но продолжая собирать разлетевшиеся по залу документы.
Выступающий снова начал говорить.
– Мы продемонстрировали вам, товарищи, простейший эксперимент, который позволит объяснить механизм нашего влияния на развитие исторической последовательности. То есть, мы говорим о так называемой роли личности в истории. Вспомните, ведь Наполеон Бонапарт приходил проситься на службу в русскую армию простым лейтенантом артиллерии. И если бы его приняли, состоялась бы Отечественная война 1812 года? Так и здесь – мы можем сегодня, зная наше предстоящее будущее, его подправить. Точнее, скорректировать таким образом, чтобы все те мрачные и негативные предпосылки были купированы и ликвидированы, а наиболее положительные процессы получили режим максимального благоприятствования.