Всего это майор КГБ Виктор Шардин не знал – он только слышал легенды о советском разведчике, спровоцировавшим заместителя Гитлера на попытку договорится с Англией и тем самым окончательно разрушившим все попытки Черчилля и Гитлера договориться. И еще он слышал о некоторых парапсихологах и биоэнергетиках, уникальные способности которых «Контора» применяла в некоторых самых сложных операциях. Поэтому свою краткую биографию Вронский изложил сотрудникам сам, так сказать, рассказав легенду от первого лица. После чего, посмотрев на своих коллег, Сафонова и Кустова, которые, конечно же, знали гораздо больше, нежели он им сообщил, Мерлин-Вронский перешел к сути.
– Как вы понимаете, товарищи, я не зря пришел к вам сюда. И Николай Сергеевич не зря вас предупредил о самой серьезной государственной тайне. Теперь у вас нет выбора – либо вы здесь и сейчас начинаете работать на совершенно другом уровне, выполняя все ту же задачу – защита СССР от врагов, либо вы прекращаете работать и… жить. Потому что, обладая такой информацией, вы становитесь секретоносителями высшего уровня. Мои коллеги понимают, о чем я говорю, а вот вы, молодые офицеры Комитета госбезопасности, теперь получаете шанс не просто защищать Советский Союз – вы получаете уникальную возможность его спасти, – Вронский внимательно посмотрел на Шардина и Колесниченко.
Майор и старший лейтенант, и так уже порядком ошарашенные происходящим, понимали, что в кабинете только им двоим предстояло узнать нечто такое, что навсегда повернет их жизнь. О карьере они уже и не думали – настолько серьезно их сейчас предупредили.
– А другие члены моей группы – капитаны Маринкевич и Краснощек, они в курсе? – майор Шардин сказал это каким-то незнакомым хриплым голосом.
– Нет. Твои капитаны слишком молоды и не были задействованы в операции «Пионер» так плотно, как вы с лейтенантом, – генерал-майор КГБ Леонов кивнул на Колесниченко.
– Я согласен, товарищ генерал. Я так понимаю, данная операция разворачивается вокруг нашего объекта? То есть, Максима Зверева? – старший лейтенант Колесниченко был еще слишком молод, поэтому ему принять решение было гораздо легче, нежели опытному и битому майору.
Леонов не ответил, а просто кивнул.
– Я понимаю, товарищ генерал, что обратно пути нет. Но я могу узнать конкретные задачи нашей группы? Почему надо спасать Советский Союз? Какую угрозу предстоит отразить? Каким образом здесь замешан школьник Максим Зверев и выявленные мною так называемые «пришельцы»? Ведь мы пока даже не смогли их допросить? В своем докладе я использовал только предположения и версии. Откуда же сведения? – каждый вопрос майор Шардин задавал, словно забивал гвозди в стену молчания, которая повисла после заявления Вронского.
– Сразу видна хватка хорошего аналитика, – улыбнулся Леонов. – Недаром ты, майор, ешь свой хлеб, недаром. Ну, что ж, я начну, а Сергей Алексеевич продолжит.
Он вышел из-за стола и прошелся по кабинету. Потом, не прекращая прогуливаться взад-вперед, стал размеренно говорить, напоминая школьного учителя, излагающего своим ученикам новую тему.
– Итак, есть такое понятие – криптократия. То есть – тайная власть, власть, которую никто не знает, не видит. Такое, так сказать, теневое правительство, или, если точнее, некие правители, которые фактически управляют каким-либо органом или целым государством. Но их истинной роли никто не знает. Кроме узкого круга посвященных. И сейчас в данном кабинете есть представители этого узкого круга.
Для начала прошу еще раз познакомится – сотрудники секретного отдела КГБ, точнее, воинской части №10003 – Валерий Кустов и Владимир Сафонов. Оба работают в сфере биоэнергетики. Проще говоря, Комитет изучает так называемые паранормальные явления человеческой психики, которые ранее считались фантастикой или сказками. Это чтение мыслей, ясновидение, хиромантия, телекинез, то есть – перемещение физических предметов на расстояние усилиями мысли, и тому подобные фокусы. Вернее, это для простых смертных – фокусы, а для наших сотрудников – вполне реальные законы мироздания, к которым человечество просто еще не готово. Старший лейтенант Колесниченко, работая в этом отделе, я думаю, догадывается о том, чем занимаются его сотрудники? – генерал посмотрел на старлея.