Направление, конечно, было известно – именно оттуда, из Киева вначале поступили грозные предупреждения кончать бучу. А когда в ответ на них представители «новой власти» ответили не вполне цензурно, то вначале прилетели самолеты, а потом – и ракеты. Вооруженные силы Украины мгновенно развернули свои боевые порядки на границах мятежных областей. А президент Украины Юлия Тимошенко объявила о начале антитеррористической операции на Западе Украины. Тем более, что представители мятежников сдуру сразу обратились к соседней Польше, а также к Венгрии и Румынии о помощи и принятии под свое крыло. Венгрия и Румыния ответили невнятно и очень дипломатично, мол, вы сами там разбирайтесь. А вот Польша, которая, как известно, является членом НАТО, сориентировалась молниеносно.
Как только на сопредельной территории начали рваться снаряды, Польская народная республика моментально ввела свой миротворческий контингент на территорию Западной Украины. Причем, с одобрения и членов НАТО, и Совета безопасности ООН. Правда, польские миротворцы больше походили на оккупантов – потому что не столько замиряли, сколько усмиряли. Но зато там, куда вошли польские военные, стрельба моментально прекращалась – ВСУ отходили, а УПА «пшеки» быстренько множили на ноль, расстреливая их не хуже украинских частей. Бандеровцев поляки люто ненавидели еще со времен Второй мировой, хорошо помня Волынскую резню и геноцид, который украинские националисты устраивали на территории Западной Украины, населенной поляками.
Вот так и получилась – не то антитеррористическая операция, не то гражданская война, не то национально-освободительная резня. Польские военные, с одной стороны, прекратили на части Западной Украины военный конфликт, с другой стороны – сами же этот конфликт и провоцировали. Правда, они не воевали с украинскими вооруженными силами, то есть, с регулярной украинской армией. Зато от души бодались с Украинской повстанческой армией, провозгласив их, как и официальный Киев, террористами.
Правда, в «террористы» попали не только вооруженные «сепаратисты», но и мирное население, которое этих «сепаратистов» поддерживало. Или не поддерживало. Но так как это население имело несчастье населять территории, занятые повстанцами, то и страдало за них по полной. Поляки не только оккупировали ряд украинских областей – они ввели там свою администрацию, а также свои порядки и законы. Например, государственным языком там стал… польский. А украинский, как язык «национальных меньшинств», стал незаконным. Обслуживание в госучреждениях, а также в различных торговых точках велось только на польском. Срочно стали перестраивать систему образования в школах и вузах, где также вводили в срочном порядке обучение на польском. Одним словом, полным ходом шло ополячивание. А параллельно всем желающим выдавались так называемые «карты поляка», облегчавшие гражданам Украины очень быстрое превращение в граждан Польской народной республики.
Западная Украина была в шаге от того, чтобы стать Восточной Польшей, или, как это было ранее, Восточными Кресами…
Львов, год 2016, 16 декабря
…От изучения архивов Макса оторвал какой-то шум на улице. В принципе, так называемый фронт был не так уж и далеко, регулярно гремела канонада – это вооруженные силы Украины обстреливали позиции сепаратистов. «Антитеррористическая операция», которую провозгласила президент Украины Юлия Тимошенко, вяло тянулась вот уже почти два года. Но несмотря на обещания президентши закончить ее за пару месяцев, вся эта вакханалия никак не заканчивалась. И восставшие против властей западные области страны, почувствовав вкус Фронды, а, точнее, полной махновщины, с бесшабашным идиотизмом принялись «жыты по-новому». То есть, грабь ближнего и покажи дулю дальнему. А все, что успеешь украсть – все в хату! Вот и шла эта странная операция, которая больше была похожа на отгремевшую почти сто лет гражданскую войну, когда в Украине были и «красные», и «белые», и даже «зеленые». А точнее, множество мелких и крупных банд, которые под лозунгом «борьбы за свободу» грабили всех, кого встречали, а если встречные были сильнее, то улепетывали, куда глаза глядят. Примерно то же самое происходило и сейчас.
…Стрельба приближалась к госпиталю. Макс особо не волновался. Он решил, что снова какая-то банда не поделила добычу с такими же «освободителями» и «повстанцами» и сейчас устроила разборки со стрельбой. В принципе, он был недалек от истины – насчет банды. Только это были не разборки…