План у Макса был прост – выйти и определить сразу, кто именно его так домогается? Если это профи из какой-то спецслужбы, то действовать не сразу. Вначале определить, как что задумал противник, какую степень свободы предложит ему, как себя поведут в данной ситуации. А потом уже выбирать варианты. И только если на самом деле такую деликатную миссию – изъять у польской контрразведки важного фигуранта и доставить по назначению – доверили каким-то бандюганам, то однозначно валить всех. И полякам дать возможность действовать, и тем, кто послал это «Торнадо», дать понять, что вертел он их на…
– Так, полковник, давай, выходим. Слушай меня. Первыми выходят твои автоматчики. Причем, автоматы пусть держат вроде бы перед собой, мол, сдаемся и кладем оружие, но! Как только за ними выхожу я, то всё внимание на меня. Как я буду действовать, так и вы. Если я говорю с теми, кто пришел по мою душу – все стоят спокойно, не дергаются. Но если вдруг я начинаю махать руками и ногами, то есть – вырубаю своих собеседников, то сразу огонь на поражение. Но меня не грохните – я работаю по центру, вы – по флангам. Понятно?
– Так есть… То есть, я понял, а что… – Витковски что-то хотел сказать, но Макс его перебил.
– Тебе, полковник, персональное задание. Следишь за всеми, кто в меня будет стрелять, и гасишь наглухо. Сразу. Чтобы мою драгоценную шкурку не попортили. Мне некогда будет всех отследить. Автоматчики косят фланги, а ты смотришь за мной. Ну, одному своему хлопцу дай задание высматривать снайпера. Если сможет, конечно. Думаю, что это они точно сделали и поставили его на позицию. Если ими профи руководит.
– Я понял… То есть, Вы, Максим, рациональный человек. Наша сикора для Вас намного лучше…
…намного лучше слона, который сейчас нас готовится растоптать. Все, некогда базарить, пошли. А то еще газовых гранат с «Черемухой» накидают…
Как только двери бункера открылись, сверху раздался чей-то мощный бас:
– Пшеки, не дёргайтесь. Оружие при выходе сразу кидайте перед собой и ручки в гору! Тот, кто нам нужен, выходит вторым, ясно? И тоже оружие кидает перед собой!
– Не, так не пойдет! Кто старший? Кто проводит операцию? – сразу отозвался Макс, оглянувшись на Витковски и его ребят, приложив палец к губам.
– Операция тебе, курва польская, будет в госпитале после того, как я тебе печенку отобью!
– Эй, ты, придурок! Я – Максим Зверев, тот, кого вам приказали доставить. Живым и невредимым. Так что заткнись и не качай права. Я на звук хорошо стреляю и граната не разбирает, кто круче. Назови себя!
– Ты смотри, какой борзый! Я – Руслан Онищенко, командир роты «Торнадо», мне по херу, живым или мертвым тебя взять, приказали взять и все. Так что не выёживайся, Зверев, выходь и пушку вперед себя бросай. А то и я гранату кину счас.
– Дурак ты, Руслан Онищенко, мертвый я твоим хозяевам не нужен. Тебя зароют вместе со мной, только меня – мёртвым, а тебя – живым, идиот. Сначала выходят мои люди, и вы не дергаетесь. Потом выхожу я. Если что пойдет не так, мы успеем и твоих ребят на ноль помножить, и тебе предложить только труп. Что тебя ждет, я озвучил. Все, считаю до трех! Два уже было! Три! Начинаем!
– Да ты… – начал было бас, но вдруг осекся.
«Так, ясно, что у этого придурка за спиной есть кто-то, кто на самом деле руководит операцией. Вероятно, амер. Уже легче», – Макс моментально прокачал ситуацию и обернулся к полякам.
– Так, полковник, план немного меняется. Там явно у этих бандосов кто-то из штатовских ребят руководит. Поэтому сразу никого не валить, как только я определю, кто там главный, я сразу на него кинусь и свалю на землю, а вы тогда остальных косите. Только без гранат, только автоматы. Ну и пистолет свой можешь задействовать, в ближнем бою сойдет. Всё, двое пошли вперед, как я сказал, автоматы перед собой, но не бросать, в крайнем случае аккуратно положить себе под ноги.
Витковски быстро пересказал слова Макса своим людям.
Двое парней в камуфляже пошли вверх по лестнице, аккуратно неся перед собой автоматы. На первый взгляд это выглядело, как какой-то спектакль, когда актёры несут драгоценные вазы на вытянутых руках, боясь сильно сжать. Но Макс знал, что ребята из спецназа могут стрелять из любого положения и в любом направлении. И при этом неважно, где будет у них находится оружие – хоть за спиной, хоть под ногами. Так что в этом отношении он был спокоен.