Вырванная из жизни
Не было причин, что бы он так поступил. Обстоятельства и отвратительное настроение сделали свое дело. Поздним вечером Валентин завалился на квартиру к Юле. Злые мысли не давали покоя. Юля выбежала к нему на встречу.
- Что случилось?
- Не до тебя!
- Почему ты так со мной разговариваешь?
- Да пошла ты, шлюшка!
Юлька впервые дала муженьку пощечину. Получила сдачи кулаком в лицо. Потом еще и еще. Она закрыла лицо руками. Удар ногой в живот.
- Сколько раз говорить, не лезь ко мне!!?
Богатенький дядя виртуозно избивал девушку, носившую под сердцем ребенка. Зачем? Просто так: надо снять стресс, он раньше так всегда делал. Кто же виноват, что она оказалась такой слабой. Юля согнулась на полу, коленями уперлась в пол, пыталась прятать руками уже не лицо свое, а живот.
Девочка не так представляла этот вечер. Она не умела толком готовить, а тут из всех сил расстаралась и приготовила шикарный ужин, как любит он: больше, больше мяса. Вино красное для него, как он любит. И для себя виноградный сок – ведь теперь нельзя! Она изучала его привычки, мечтая, что однажды сумет его уговорить дать ей свободу – развод. Надела легкое бирюзовое платье, облегающие миниатюрную фигурку. Животика еще не видно, как сказали врачи, малышу восьмая неделя пошла. Юля знала, что Валентин обрадуется, ему почти сорок, а детей еще нет.
Когда Валентин очухается, поздно будет. Отмоется ли теперь?
Вот дура, шлюха, малолетка! Тут же совесть взвыла: какая она шлюха, сам же ее первый раз. Конечно это честь, да и редкость.
Старая сволочь, потом спустя годы поймет, что натворил, а сейчас надо быстро устранить следы преступления. Тот же Артем все на себя возьмет, ни куда не денется. Стоит подкинуть бабла и пойдет пацанчик по легкой статье, через годик ну или так уж и быть два будет на свободе и станет нормальным враером. Вот и пригодилась «дружба». Ах да, еще ведь Оксанка, проявляющая пару минут стойкость, не хотела ему давать адрес Юленьки, но после затрещины, защебетала. Сучка эта может пойти в перевес. Придется убрать. А что делать?
«Ладно, хотела деваха машину, тогда и покатается сама на последок вместе с убиенной. Ангел, бляха муха, дурковатый попался.»
Пока Валентин рассуждал. Юля на четвереньках уползла в ванную. По ногам тоже прилетело. Закрылась. Еле выпрямилась у зеркала, нога не слушалась. Тело ломило. Трудно дышать – остро давит на грудную клетку. Посмотрела на себя в зеркало. Не выдержала – рухнула обратно на пол. По лицу синяки. Кровоподтеки. Слезы вперемешку с кровью. Это любовь такая горячая? Бьет значит любит?!! Наплевать на лицо. Ужасно болит живот! Юля чувствовала, как внутри ее мучается малыш. Подол бирюзового платья стал краснеть: между ног текла кровь. Юля всхлипнула: не смогла уберечь маленькую новую жизнь!
Юлия сжимала живот руками, желала, чтобы малыш жил. Не поможет уже ничего. Еще один взгляд на себя в зеркало.. Тяжелые мысли не давали покоя: одна страшнее другой. Юлия знала, что вернуть уже ничего нельзя и выхода нет. Остается только этот страшный шаг, который она сделает. Страх еще остается. Зачем было рождаться вообще, чтобы вот так взять сгинуть в ни куда? Бритва в руке. Порез по вене, затем другой. Кровь потекла. Резкая боль.
Валентин не из тех кто вызовет врача на дом для избитой жены.
Умирать, так умирать. С ребенком вместе. Еще пару минут и жизнь покинет юное тело. Ангел опустилась на пол, до последнего, обнимая свой животик. Теперь их никто не разлучит, не обидит, не ударит. Все будет хорошо и точка. Сознание поплыло, вспомнился отрывок из детства: мама так светло улыбается, расчесывая непослушные локоны пятилетней Юли.
- Мама, а ты всегда будешь со мной?
- Конечно, моя девочка. Куда же я денусь, - улыбается мама.
- Ты всегда будешь меня любить?
- Да не задавай глупых вопросов. Ты моя кровинка и я всегда буду тебя любить, даже тогда когда ты вырастишь и сама станешь мамой, - мама поцеловала дочь в щечку.
«Прости, мама».
Юля уже не услышит и не увидит, что дальше сделают с ее телом. Валентин не долго орал за дверью. Он с разбегу пнул добротную дверь, та разлетелась. Лакированные дощечки полетели на Юлю, обрушиваясь на ноги девушки. Валентин оторопел увидев спокойный взор больших карих глаз. Эти глаза долго будут ему сниться. Но больший страх вызвала выписка из женской консультации о беременности, обнаруженная им при быстром сборе сумочки Юли. Пульс Валентина только тогда сбился, тряхнул головой – не до сантиментов – труп в доме один, а не два, то что не родилось, не считается.