— Скажем так, мои методы немного... нетрадиционны. Мне нужно поработать с твоей энергией, а потом мы сможем решить, что делать дальше, — говорит он безрадостно.
Повисает пауза, и тут мой живот решает выдать самый нелепый и громкий звук на свете. Видимо, действие травки прошло и обернулось зверским голодом, и я знаю, что это не осталось незамеченным, когда он приподнимает бровь.
— Но для начала тебе нужно поесть.
МИЛЛИ
Допив остатки теплого какао, я с жадностью съедаю два тоста с маслом и джемом, миску фруктового салата и пару горстей орехов. Если честно, я могла бы опустошить весь холодильник Зейна, но не хочу выглядеть обжорой.
— Ты же знаешь, что пялиться - невежливо, да? — говорю я, пытаясь отвлечь себя от его гипнотизирующего взгляда.
— Тсс, — отвечает Зейн. — Я думаю.
Мне трудно успокоиться, особенно когда у человека такое лицо, на которое можно смотреть часами. Если это делает меня лицемерной, пусть так.
— Может ты перестанешь ухмыляться?
Он сдержан и серьезен, но в его глазах есть крошечный блеск, который почти не заметен. Затем он выпрямляется, как будто нашел то, что искал.
— Ложись.
Он встает с дивана и позволяет мне удобно устроиться, подкладывая подушку под голову.
— Думайте об этом как о посвящении.
— Посвящении? Ты в каком-то культе? Меня приносят в жертву или вербуют?
Я, конечно, шучу, но самая крошечная часть меня — та часть, которая с детства относилась с опаской к мужчинам, — немного встревожена.
— Сосредоточься, Милли. Закрой глаза, очисти разум и слушай мой голос. Сейчас я попробую соприкоснуться с твоей энергией, ладно?
— Хорошо.
Раздается щелчок, и спустя мгновение сладкий древесный аромат с легким оттенком чего-то подозрительно похожего на марихуану окутывает меня.
— Сделай пять глубоких вдохов и позволь своему разуму и телу расслабиться.
Я делаю, как он говорит, и с каждым вдохом будто растворяюсь на диване. Сердцебиение замедляется, тело расслабляется, разум проясняется.
— Сейчас я назову несколько цветов и хочу, чтобы ты подобрала ассоциацию к каждому. Готова?
— Да.
— Красный.
Образы огня и крови проносятся в моем сознании. Тепло собирается между моих ног. Ощущение настолько сильное, что кажется, будто он касается меня. Но потом я вспоминаю его правило о телесном контакте и говорю себе, что он делает это исключительно для того, чтобы помешать мне покончить с собой. Во мне он не заинтересован.