— Бесишься на свою неуклюжесть? Пахать больше нужно, Варя. Корону сними, неудачница! Вылитая макака! — рассмеялась завистница. Не стерпев её хамство, налетела с кулаками. Реально достало, сколько неприятностей получила.
— Девочки! Вы с ума сошли? Нельзя драться! — вмешалась женщина.
— Разве не слыхали сплетни? Наша танцовщица бешенством заболела, — плевалась ядом, будто её мнение внимательно слушали.
Репетиция вымотала настолько, ноги ныли от усталости. Не успела я открыть бутылку воды, обратилась Амалия.
— Грациозная словно ангел! Варя, прям не нарадуюсь твоему таланту! — похвалила.
— Благодарю, я так люблю танцы.
— Главное высыпайся больше! Отдых это святое! Собирайся домой. Поздно, Варь!
— Амалия Петровна! Разрешите остаться на час?
— А если упадёшь в обморок от усталости?
— Пожалуйста, слежу за здоровьем. Это обычное утомление, — отстаивала собственное мнение.
— Уговорила. Вот ключ, студию закроешь сама. До завтра! — распрощалась со мной.
Совершенно не глядела на часы, засиделась допоздна. Кошмар Лада убьёт, а ещё метель препятствовала пути. Ускорила шаг, случайно наткнувшись на шумную компанию парней.
— Лапуля! Тебе говорили, что нельзя ночью гулять?
— Дайте пройти!
— Вежливо попроси! — окружили словно стая шакалов. Такой нервозности не испытывала раньше.
— Вам неприятности нужны? Сейчас парню позвоню!
— Гляньте, она слабаком нас пугает. Не боишься, что мобильный разобьём, — вырвали сумку.
— Сволочи, верните!
— Только не реви. Желаешь получить его обратно, разденешься! Садись к нам в тачку, — оскалился главный отморозок. Слишком сильно рассердил, раз от безысходности сделала снежок и бросила в его рожу.
— Я вам не грязная потаскуха! Поняли?
— Пацаны, нам попалась храбрая сучка! Давай к её хорошенько трахнем за наглость!
— Ублюдки, только прикоснитесь! — отбивалась как могла. Они проявляли столько жестокости. Главный из них схватил за волосы.
— Ротик свой открыла. Отсосешь мне!
— Катись в ад!
— Героиня прям. Зря огрызаешься! — рассмеялся козёл, а другой из них начал бесстыдно ковыряться в моих вещах.
— Мих, она танцовщица походу.
— Тогда давайте её накажем за дерзость! Пацаны, нож мой принесите! Я этой стерве покажу! — выглядел хуже демона. А дальше всё было словно в тумане. Побои, страшные порезы. И никто в округе не вмешался. Словно подбитая мразь доползла до подъезда. Услышав вопли сплетниц старушек.
Глава 2
С ужасом распахиваю глаза, вдыхая аромат тошнотворных лекарств. А вот и плачущий братик.
— Вась, почему рыдаешь?
— Боялся, что ты умрёшь.
— Сорванец, не хнычь. Пожалуйста, — сказала я утомленным голосом. И нас прервал доктор.
— Хулиган, вот тебе конфет! Оставь нас! — обратился к мальчугану. И тот выбежал в коридор. Со скрежетом в зубах, задала следующий вопрос.
— Всё плохо, да?
— Варя, только не расстраивайся.
— Жалеть станете? Какие неприятности произошли? — напрягла голос.
— Головорезы напали на тебя! Забыла? — высказался медик.
— Да, но выкарабкаюсь!
— Сожалею, но танцы придётся бросить. Они порезали тебе сухожилия. На правом колене перелом. Понимаешь, калекой сделали! Хромать теперь до самой старости!
— Скоты безжалостные!
— Но это не вся беда! В зеркало смотрела?
— Что они сделали? Почему молчите? — расспрашивала с сожалением.
— Бедняжка! Боюсь не сумею помочь! — оставил одной. Тогда неуверенно взяла косметичку. Переборола страх и поглядела. Завизжав от кошмара. На лбу и двух щеках были шрамы. Какой позор. Хотелось спрятаться от всех глаз. Сколько горьких слёз пролила. Через неделю выписали. Но тетя Лада рвала и метала.
— Где деньги на лекарства брать? Уродина!
— Почему вы всё время оскорбляете меня? Я виновата?
- Нет, она ещё дерзит. Матери свое недовольство высказывать станешь. Шагай быстрее!
— У Вари ножки болят! — заступился младший братик, который с большим трудом тащил мою сумку по снегу.
— Сопляк! Она придуривается! Прям горе случилось. День полежит и на работу отправлю! - ругалась она на всю улицу, а прохожие оборачивались на нас. Хромала, глядя на снежинки, они так быстро таяли, напоминая горькие слезы. Те сволочи хладнокровно унизили меня, полностью разрушив жизнь.