- Ничего я никому говорить не буду! Уберите оружие и дайте мне уехать! Я обещаю, что оставлю девчонку целой. Я её изначально не хотел убивать. Я думал отвезти её куда подальше и подкинуть. Я не убиваю детей. - кричал мужчина.
- Вы не хотели убивать. А, что, ваш заказчик, хотел, чтобы вы убили ребёнка? - спросил Артём подходя ещё ближе ко мне и соприкасаясь рукой с моим плечом.
Подставной водитель зарычал и мотнул головой.
- Какая теперь разница? Было сказано убрать и я это сделаю, если сейчас же не уберётесь. Прочь с дороги! Я порежу её!
Я вытянула немного вперёд руку раскрытой ладонью, останавливая мужчину и с улыбкой попросила:
- Пожалуйста не надо её резать. Я очень расстроюсь, если подарок для моей дочери будет испорчен.
У мужчины округлились глаза и вытянулось лицо. Заикаясь он переспросил:
- П-п-п-подарок?
- Да, подарок. Эксклюзивная кукла Риборн с авторской росписью лица по фото. Между прочем очень дорогая. Я почти сто тысяч рублей за неё заплатила, но согласитесь это того стоило, сходство просто невероятное. - объясняла я, а сама улыбалась во все свои тридцать два зуба.
- КУКЛА?!!! - заорал наёмник. Сорвал беленький капюшон и впялился бешеными глазами в детское лицо игрушки. Затем отшвырнул её в сторону и с рёвом побежал на меня, выставив вперёд нож.
Я почувствовала сильный толчок в область лопаток и отлетела в высокую придорожную траву. Совсем рядом прогремел выстрел.
Глава 29.
Я сидела на кровати в больнице и наблюдала, как Сироткин ходит из угла палаты в угол, давая мне последние указания.
- Аня, не забудь, ты просто провоцируешь его на разговор, но сильно не рискуй. Главное, чтобы Виктор сознался в заказном убийстве отца и тестя. Помни, что ты здесь с сотрясением мозга, поэтому сделай лицо болезненным. Да и не забывай где стоят камеры. Постарайся, чтобы на камерах была запись лица Виктора. Ну, в смысле, чтобы он стоял лицом к камерам...Ну, ты меня, вообщем поняла.
Я кивнула и улыбнулась. В отличии от адвоката я была абсолютно спокойна. Я знала, что Виктор и так уже сядет. У моего лжеводителя после задержания и обыска, в доме обнаружилась самодельная взрывчатка с аналогичным составом той, которую использовали при подрыве автомашины Фролова. А, ещё на мужчину поднажали, он согласился на сотрудничество с полицией. Мужчина признался ещё в одном деле. А, именно в сокрытии трупа некой рыжеволосой девушки, который он утопил за городом вместе с машиной. После того, как подрывнику были показаны фотографии, он уверенно указал на фото бывшего секретаря Владимира Николаевича с которой свёкор застал сына. Эта же девушка была на похоронах свёкра и моего отца. После того, как она уехала с моим мужем её никто не видел, а так как её уволили незадолго до того как она пропала, то все решили, что девушка вернулась в свой родной городок. Машина Виктором была подана в розыск по факту угона на следующий день после похорон. Сироткин сказал мне, что по всей вероятности свою любовницу Виктор убил сам. Более точно будет известно после того, как водолазы достанут машину с трупом и будет произведена экспертиза. Так что у моего мужа будет дело похожее на труды Владимира Ильича Ленина. Такое же многотомное и объёмное. Засадить его уже хватало улик, но мы с адвокатом знали, что у Фролова младшего было масса нужных связей. Мы боялись, что дело может затянуться, а возможно, что где-то и замяться, поэтому мы решили подстраховаться. Нужно было придать огласку делам Виктора, вызвав резонанс в обществе. Тогда помогать ему побоятся. Ведь подставлять свою шкуру (даже за большие деньги) станет слишком опасно. Именно поэтому было решено остановиться на видеокамерах с высокой чёткостью и фиксацией времени. Также камеры дублировали запись на облако. Нашу встречу с Виктором мы специально запланировали в больнице. Больница является местом свободного посещения и для установки камер для скрытой видеосъёмки не требовалось разрешение. Мы готовились к последнему акту нашего спектакля так основательно, на сколько только могли. Даже лампы в палате поменяли на более мощные, чтобы ничто не помешало прокуратуре и судейству рассмотреть лицо Виктора. Лицо чудовища которое заказало убийство своего родного отца. Ведь то, что Владимир Николаевич не родной отец никто кроме Сироткина и Фролова старшего не знал. А, ещё это чудовище заказало убийство своей приёмной дочери и скорее всего убило одну из своих пассий, убило моего папу (пусть и случайно) и с лёгкостью убило бы меня или кого-то из моих мам. Мне было даже страшно представить, что могло произойти со всеми нами, если бы я не притворилась, что потеряла память. Не знаю на что ещё мог пойти мой муж ради денег. А, если честно, даже знать не хочу. Главное сейчас мы все живы. Я выжила благодаря чуду, Богу, молитвам моей мамы, заботе моего папы, ставшего мне ангелом-хранителем после своей смерти... А, ещё я живу благодаря Артёму. Он спас меня оттолкнув с дороги. Успел отреагировать и схватить руку с ножом нападавшего неудавшегося похитителя дочери. Хотя сам в потасовке пострадал, но вовремя подоспевшие полицейские помогли. Один из полицейских прострелил руку нападавшему, в которой был нож. Правда перед выстрелом лжеводитель всё же задел левое плечо следователя. Не смотря на травму (пусть и незначительную, но всё же с наложением пары швов), Артём всё равно не отказался от участия в операции по задержанию Виктора. Я старалась его отговорить, но Артём сказал, что когда-то пообещал мне, что меня никто не обидит, а слово он своё держит всегда, и тем более ему не помешает какая-то царапина. Моё лицо тогда выражало недовольство крайней степени, но внутри меня разливалось приятное тепло, которое растапливало моё оледенелое сердце. Я думала, что уже больше никогда не смогу доверять мужчине, но Артём ломал все возведённые мной стены. Поверьте, не что не трогает сердце женщины так, как трогает забота о ней и её ребёнке. Это у нас на генетическом уровне. А, против природы не попрёшь. Поэтому я принимая заботу Артёма, чувствовала, что вместе с благодарностью начинаю испытывать ещё что-то большее.