- Правда совсем ничего не помните? Совсем... - спросил он, уткнулся взглядом в мои глаза и замолчал не договорив предложение.
Я улыбнулась и немного развела руки в стороны, пожимая плечами. Зависла тишина. Следователь стоял и продолжал пялиться прямо на меня. Я почувствовав неловкость и недоумение перевела взгляд на маму. Мы перекинулись взглядами и непонимающе тоже стали смотреть на следователя. Тут парень встрепенулся как бы скидывая наваждение и отвёл взгляд, одновременно с этим заливаясь краской.
- Простите. Мне так неловко. Просто...таких красивых глаз как у вас, я никогда в жизни не видел...Засмотрелся.
Мама прыснула, но быстро сделала вид будто закашлялась. Пылающим лицом, шеей и ушами следователя можно было производить сварочные работы. А, я была в шоке. " Мне, что только, что сделали комплимент?! Полупарализованной, ненакрашенной, в больничной сорочке...Ну, и как на это реагировать?"
***
Следователь приобрёл прежний цвет лица только после, услужливо поданной моей мамой, кружкой с водичкой. Поблагодарив за воду, общение уже продолжал только с мамой. На меня Артём Романович больше не смотрел. Делал записи из пояснений моей мамы у себя в книжечке. Из их разговора я узнала много нового для себя. Оказывается из-за синяков на моём теле у Виктора всё же были проблемы. Прокуратуру заинтересовали повреждения не соответствующие суициду. Виктор, пока идёт проверка по установлению есть ли в деле криминал, не может меня навещать, так как ещё не известно причастен ли он к моей попытке суицида или нет. Следователь как раз и должен выяснить подталкивал ли меня муж к суициду путем угроз и жесткого обращения, или это моё добровольное решение уйти из жизни. Судмедэкспертиза была проведена целых два раза. Первая предположила, что травмы в виде синяков и ссадин были получены мной в ходе недавнего избиения, а вторая давала заключение, что травмы возможно получены из-за падения, так как я находилась в состоянии алкогольного опьянения. Промилле же были указаны такие будто я не пару глотков ликёра сделала, а бутылку водки выпила. Я ещё раз убедилась, что деньги и связи Виктора могут всё. Вот, как раз про эти несостыковки и говорил следователь. "Ишь, разглядел" - удивилась я про себя. Следователь Титаренко задал ещё несколько вопросов моей маме, пожелал мне скорейшего выздоровления (глядя в пол) и ушёл.
Мне стало немного жаль, что следователь так быстро ушёл. Он забавный. Вон маму рассмешил и мне настроение поднял. После его ухода мама не сдержалась от комментария.
- Ишь, какой кавалер...засмотрелся...
Сказала и тихонечко рассмеялась. Я смех мамы не слышала после похорон отца ни разу. У меня на душе стало тепло.
Глава 9.
Мама не была бы мамой, если бы не обратила внимание на слова следователя. Видимо у неё тоже были какие-то сомнения иначе она не стала бы вскользь расспрашивать у меня о Викторе. Потом она как-то увлеклась и уже не дожидаясь он меня ответов, продолжала задавать вопросы уже будто бы себе. Отвечала на эти вопросы она тоже сама. Я пыталась вначале привлечь внимание мамы, но потом мне самой стал интересен ход её мыслей.
- Анечка, у вас же с Витей всё хорошо было? - спрашивала мама поправляя простынь на моей кровати и не глядя на меня тут же сама ответила: - Ну, конечно же хорошо, раз до свадьбы дело дошло. Да, я и сама видела как он к тебе относился. Я же не могла так ошибиться в человеке. И ты не могла. Ты у меня умница... Ну, откуда же тогда синяки?...Ах, да медэкспертиза предположила, что ты упала и Витя говорил, об этом... Почему тогда он не вызвал врача или не отвёз тебя в больницу после падения?...Наверное решил, что ушибы не представляют ничего серьёзного. Или боялся, что журналисты прознают о том, что ты была пьяной и раздуют из этого скандал. Фамилия Фролова привлекает к себе много лишнего внимания...Но ведь он не побоялся вызвать скорую, когда ты...ну, вообщем после того случая. Почему ты в вообще была пьяной? Ты же практически не пьёшь...Бокал шампанского или вина на праздники не считается. Может быть ты так боролось с депрессией, пока меня не было рядом?...Ах, если бы я только знала, что тебе так плохо...Хотя, если бы ты хотела таким образом уйти от реальности, то стала бы выпивать раньше. Я бы заметила. От тебя даже алкоголем никогда не пахло...Но, от куда тогда синяки?...Всё так странно. В своём письме ты и словом не обмолвилась, что у вас с мужем проблемы. И зачем Вите нужно было тебя вначале избивать, доводить до самоубийства, а потом спасать. Я ему до сих пор невероятно благодарна, что он тебя тогда спас. Вытащил из этой чёртовой ванны, вызвал скорую и до её приезда делал тебе искусственное дыхание. Он боролся за твою жизнь. А, каким он потерянным выглядел, когда мы с Людочкой примчались в больницу. Да, он себе места не находил. Ходил из угла в угол, как тигр в клетке. Срывался на врачей, чтобы они спасли тебя во что бы то ни стало. Кричал, что ни каких денег не пожалеет, лишь бы спасли тебя. А, потом, до этого странного запрета навещать тебя, каждый день к тебе забегал, проверить как ты. И сейчас каждый день звонит. Интересуется твоим здоровьем. Спрашивает вернулись ли к тебе воспоминания...Нет, так заботится только очень любящий человек.