- Людочка, попроси у медсестер какую-нибудь вазочку или банку. Хочу чтобы мои цветы подольше радовали Анну.
Как только Людмила Сергеевна скрылась за дверьми, адвокат сел на стул рядом с моей кроватью, и серьёзно, без тени улыбки на лице произнёс:
- Мне сказали, что у вас, Анна, амнезия и вы ничего не помните из того, что произошло после вашей свадьбы с Виктором, плюс пару недель медового месяца. Это так ?
- Да, это так. - ответила я и почувствовала тревогу.
- Дело в том, что мы с вами действительно были знакомы. Но, не на свадьбе, а на похоронах моего друга Владимира и вашего отца.
Глава 11.
Я замерла с широко открытыми глазами, а внутри у меня бегала маленькая девочка Аня и кричала, что есть сил "Спалилась! Ты спалилась!".
Альберт Петрович, вглядывался в моё лицо своим проницательным взглядом, слегка наклоняя голову то в одну то в другую сторону. У меня было такое впечатление, что меня будто сканируют и считывают всю информацию, которая была, как мне казалось, глубоко запрятана. Какое-то время он молча смотрел на меня поглаживая подбородок и щуря глаза, а потом продолжил:
- Если судить по вашему испуганному виду, то это была не случайно всплывшая информация. Вы зачем-то намеренно скрываете, что к вам вернулась память, если она терялась вообще. Сейчас вы испуганы. Это значит только то, что если кто-то узнает о возвращении вашей памяти, то это может причинить вам вред. А, если принять во внимание то, что произошло с вами недавно...Я прихожу к заключению, что следователь не зря заинтересовался вашим делом. Вас либо довели до решения покончить с собой, либо это была попытка убийства, а не самоубийсва.
Высказав своё предположение адвокат опять молча уставился на меня, будто ожидая от меня ответов. А, что я ему могла сказать. Я вообще не знала могу ли я доверять этому человеку. Да, он друг семьи Фроловых. Но я то недавно вошла в эту семью, а Виктор может быть вообще вырос у него на глазах. Просто промолчать тоже не вариант. Это не тот случай, когда можно улыбнуться и сказать "Ну, что вы...Это вам только показалось. Я не испугалась, а просто у меня глаза большие". Сироткин не производил впечатление человека, который может купиться на ложь. Прятаться за амнезию бесполезно. Меня уже разоблачили. Ну, что же лучшая защита это нападение.
- Вы ска-за-ли, что вы - друг Фро-ло-вых. А, если то, что я ска-жу мо-жет им силь-но нав-ре-дить? Что вы вы-бе-ре-те ис-ти-ну и-ли друж-бу? - спросила я адвоката и тоже уставилась на него.
Сироткин побледнел и пару раз кашлянув, отвёл взгляд. Его ответа я так и не дождалась, так как в палату вошла свекровь с трёхлитровой банкой, наполненной водой. Забрав у меня букет и поставив его в эту импровизированную вазу, разместила цветы на тумбочке. Развернувшись к нам, поинтересовалась:
- О чём, болтаете?
Альберт Петрович, галантно усадив Людмилу Сергеевну на стул, подошёл к окну, развернулся к нему спиной и опёршись на подоконник, сказал:
- Да, вот, Анечка спросила меня как давно мы дружим?
У меня от этих слов чуть челюсть не отвалилась. Интересно, что задумал этот "жук". И встал ещё так, против света и я не вижу его лица и эмоций на нём. А, адвокат тем временем продолжил:
- Я с удовольствием расскажу вам, Анечка, историю моей дружбы с этой семьёй. Владимира Фролова я знал с детства. Мы даже были одноклассниками. Сдружились правда не сразу, так как оба были с гонором и не любили плясать под чужую дудку. Но, потом как-то попали вместе в небольшую передрягу (подрались с пацанами из другой школы) и поняли, что можем доверять друг другу. У мушкетеров было "Один за всех и все за одного", а у нас было "Володька за меня, я - за Володьку". После школы поступили в разные институты, но дружбу не прервали. Однажды летом на открытой танцплощадке встретили Людочку, которая была там с подружкой (сейчас я даже имени подружки и не вспомню). Да и какая там подружка, если мы оба, и Володя и я, запали на вот эту чудесную богиню.
- Ой, Альберт, ну, что ты такое говоришь?...- засмущалась свекровь, отмахиваясь от рассказчика.
- Да, Людочка, да...Именно запали, а точнее влюбились по самые уши, как мальчишки. Оба ухаживали за ней, стараясь "перетянуть одеяло на себя". К моему несчастью, Людочка предпочла не меня. Володька признался мне в том, что Людочка выразила благосклонность ему и они встречаются, не сразу. Очень боялся потерять меня как друга. Но...всё же ему пришлось признаться. Когда я хотел пригласить Людочку в кино, Володя подошёл ко мне и сказал: - "Альберт, ты мне друг, но истина дороже. "