Помимо всего прочего, я все больше задумывалась о том, кем была моя почившая мать и отчего мне сняться сны про столицу. Почему меня постоянно посещает дежавю, хотя я никогда не ходила по улицам Лояна прежде. Отчего многие традиции и нормы поведения в высоком обществе мне знакомы, особенно когда я общаюсь с той же Ли Цин или ФуЭром. Некоторые вещи я делала, не задаваясь вопросом о том, правильно ли это.
После того как я стала студиозусом, многое стало видимым. Даже ФуЭр, который видел сугубо себя, не раз замечал то или иное мое знание этикета или аристократические замашки, о которых я вроде бы не должна была знать. Однако, привыкнув к моим странностям, оба моих друга перестали замечать моих странностей, принимая меня таким, какой я есть.
Часть 1: частный сыск Глава 1 Труп в дорогой повозке
Переодеваться в темной каморке, не имеющей ни единого окна, было непросто, приходилось действовать едва ли не наощупь. Развесив свои мужские неказистые одежды на простую деревянную крестовину распялки, стоящей в углу, стянула с этой же вешалки тонкие воздушные цветные тряпки и тщательно облачилась в них. Раз в неделю мне приходилось переодеваться в женские одежды и выходить в зал в местном гэгуане-борделе, в котором я уже некоторое время работала в качестве исполнительницы традиционных танцев. К счастью, никто из академических друзей не знал об этой неприглядной стороне моей повседневной жизни. Да, в силу трудных жизненных обстоятельств, мне приходилось находить способы добывания денег для оплаты своего недешевого проживания в столице. Брать деньги у друзей я не собиралась и даже не показывала, в каком бедственном положении в последнее время нахожусь.
Работа в местном гэгуане подвернулась совершенно случайно. Брат уже уехал, а работа в книжном магазинчике не приносила сколько-нибудь ощутимого дохода, кроме, пожалуй, подержанных бесплатных учебников. Мне даже пришлось поменять вполне неплохую жилплощадь и переселиться в маленькую каморку, поближе к Золотому мосту, району, слывущему неблагонадежным из-за ближайшего расположения борделя, местного стихийного рынка и бедняцких кварталов. Расположенный неподалеку средней руки общественный рынок, постоянно появляющийся в неположенных для городской торговли местах, несколько снижал цены на жилье, что мне оказалось более приемлемым, нежели тихие кварталы средне-зажиточных буржуа. Одновременно пройдясь по этому рынку, смогла узнать, где мне можно найти более-менее приемлемое по ценам, жилье, оказавшееся на поверку, крохотной комнатой под самой крышей трехэтажного строения. Зато я больше времени могла посвящать покупке необходимых учебников, ингредиентов для практических занятий и составления своих рецептов.
В один из дней на рынке, сквозь который постоянно пробегала, торопясь на занятия, случайно услышала, что в борделе требуется исполнительница традиционных танцев. Не став больше слушать, просто отправилась в вышеуказанную сомнительную обитель и нарочито настойчиво напросилась на аудиенцию к содержательнице заведения. Женщина поначалу даже не поняла, для чего я пришла, с удивлением разглядывая стоящего перед собой красивого мальчика. Долго слушала, расспрашивала, после сказала привести девушку. Но когда поняла, что я сама себя предлагаю в качестве танцовщицы, долго смеялась. После все же согласилась посмотреть мое шоу, устроенное тут же по первому ее требованию, и неожиданно осталась довольна. Я не стала раскрывать свою истинную сущность, отговорившись тем, что с детства наблюдала за матерью танцовщицей. Единственное, на чем настояла сама содержательница борделя, чтобы я выступала под густой вуалью. Да, женщина согласилась с тем, что из меня вышла весьма симпатичная девушка, но она не собиралась выслушивать упреки клиентов, если они признают во мне парнишку, пусть и смазливого, и необычного. Не все клиенты ее заведения, были терпимы по гендерному признаку. Отчего женщина приняла на веру мою принадлежность к мужскому полу, я и сама не поняла. Однако хозяйка борделя даже и тени сомнения не выказала, по поводу того, что я не являюсь парнем и могу скрывать свою настоящую сущность. Даже моя женственная внешность, особенно явно видимая в женской одежде, не смогла смутить женщину. В свою очередь, также не стала упрямиться по поводу вуали. Тем более что мне это было как раз на руку, и если бы хозяйка не додумалась сама, это обязательно сделала я.